Книга Алатырь Евы, страница 100 – Янина Корбут

— Ты же знаешь, что все вышло случайно.

— Знаю, потому и помогала тебе с этим видео. Я предупреждала, чтобы ты не торопился…

— Не надо на меня давить! В свое время я тоже тебе помог.

Я слышу, как свекровь щелкает зажигалкой, чертыхается, потому что у нее не получается прикурить.

— Руки трясутся. Ты сведешь меня в могилу.

— Ты об этом хотела поговорить? – холодно уточняет Виктор.

— Не только. Я приняла тяжелое, но очень важное решение. Мне нужно переехать сюда, в Алатырь.

— В каком смысле?

— Навсегда. Кто-то должен тебя контролировать, заниматься делами клиники. Вокруг одни проходимцы. Ты в курсе, что рабочие воровали краску и линолеум? И это только верхушка айсберга. Дальше, когда начнется работа, каждый день будут возникать вопросы. Если ты хочешь сосредоточиться на работе врача, тебе нужен надежный тыл. С такой ситуацией дома ты вообще ни на что не годен… Да, не качай головой. Я пойду на эту жертву, но при условии, что ты снова начнешь пить таблетки!

Я нервно тереблю рукав пижамы, потому что услышанное нравится мне все меньше.

— Ты точно решила? – бормочет муж. Очевидно, новость его озадачила. Кажется, сейчас он прикидывает, хорошо это для него или не очень. Скорее всего, не очень, воодушевления в голосе не слышно.

— А ты против?

— Не то чтобы я был против… Просто это неожиданно, мы раньше не обсуждали твой переезд. Не хотелось бы отрывать тебя от всего, к чему ты привыкла…

— Я улажу вопрос с квартирой, сдам ее через агентство на длительный срок и вернусь. Вот, собственно, почему я приехала. Оставить тебе ключи и сказать, что несколько дней меня не будет. Постарайся за это время не наделать глупостей.

* * *

С того вечера все опять меняется. Виктор нервничает, это становится все заметнее, и моя надежда на то, что его нервы тоже не выдержат, крепнет. А еще слова свекрови действуют на меня как пощечина: чего я жду? Если она возьмется за Виктора, насядет на него, мои часы будут сочтены. Значит, у меня есть буквально несколько дней, чтобы убить мужа.

Те дни я помнила плохо: отчасти из-за таблеток, которыми меня иногда пичкал муж, отчасти из-за особенностей памяти. В той, прежней жизни, я тоже всегда быстро забывала что-то плохое, предпочитая идти по жизни без груза прошлого.

Тяжелые мысли лениво ворочались в мозгу, не желая покидать меня. Мед, на который я возлагала такие надежды, не помог. Больше у меня не было вариантов, кроме как просто убить мужа, прежде чем он убьет меня. Сидя в своей каморке, я еще раз достала и изучила рецепт, закрашенный черным маркером. Поднеся листок к окну, мне удалось прочитать название препарата и его назначение. Тут же в памяти всплыли слова свекрови о том, что Виктор перестал пить таблетки. И все встало на свои места: он не стал психом, он всегда им был. Просто раньше под контролем матери он лечился и умел сдерживать свою натуру, а теперь решил, что может контролировать все сам.

Я не знала, когда и как, но чувствовала по поведению мужа, что он уже принял решение убить меня. Свекровь уехала, к нам никто не приезжал, и даже Анна оставила попытки вытянуть меня в кино или на выставку. Виктор стал реже выпускать меня на улицу и иногда забывал кормить. В один из дней он пришел ко мне в комнату со странным выражением на лице и потребовал, чтобы я привела себя в порядок. Когда я поинтересовалась зачем, Виктор нехотя ответил: