Книга Уйдём в предрассветный туман. Солнечный круг. Книга первая, страница 19 – Александр Феликсович Каменецкий

Сам сад тоже был примечателен. Плодовые деревья, цветы, всё было посажено очень ровно, как по линейке. Либо хозяин (или хозяйка) очень любили работать в саду, либо (скорее всего) тут имелся садовник. В углу сада пристроилась небольшая, можно сказать крошечная беседка, вся скрытая в зелени. Посреди сада у выложенной камнями дорожки, имелись качели, накрытые зонтиком от солнца, а рядом маленький круглый столик на одной ноге. На столике стояли стаканы с остатками чего-то разноцветного и вазочка. Что в ней Малыш разглядеть уже не мог, да и не хотел – он с утра ещё ничего не ел. В общем дом, конечно, богатый, только дома кто-то есть, да и слуг полно наверняка.

И малыш приступил к изучению других домов. Так прошло два часа. Полицейский давно ушёл, улица оставалась пустынна, в окнах домов никто не появлялся, и Малыш рискнул высунуться из окна чуть дальше, чтобы посмотреть на ещё один дом: больше – не меньше. Осмотрелся и спрятался обратно. Не стоит лишний раз не отсвечивать. Скорее всего, придётся сидеть тут и ночью и выбираться под утро, так проще и безопаснее, только есть охота.

Вдруг из заросшей зеленью беседки в сад не спеша вышла девочка. Малыш отпрянул от окна, следя за ней одним глазом. Она остановилась возле столика спиной к Малышу, перебирая стаканы. Малыш выругал себя за беспечность, нужно было думать, что в беседке может кто-то скрываться, хорошо, что она его не заметила. Он чуть высунул голову, разглядывая нежданную помеху. Девочка была в белом лёгком платье с небольшими редкими синими цветами, в белых гольфах, на шее был повязан голубой тончайший полупрозрачный платок. Светлые волосы выбивались из-под шляпки торчащими в разные стороны прядями. «Красивая, наверно», – подумал малыш, почему-то на девочку было приятно смотреть. Малыш положил руки на край окна и, упёршись в них подбородком, невольно улыбаясь, смотрел на юную хозяйку дома.

Она ещё немного постояла, у столика, легонько толкнула качели, отчего те свободно, без скрипа неторопливо закачались. И в момент, когда Малыш уже совсем расслабился, забыв о своём положении лазутчика, она вдруг резко обернулась и посмотрела прямо на него. Ему показалось, что девочка смотрит прямо ему в глаза, он растерялся и не сразу отодвинулся от окна. «Может, не заметила. Кажется, я попался. Что делать? Я был в тени, она не могла меня видеть! – мысли скакали, словно лягушки на болоте, быстро, но в разные стороны. – Выглянуть, посмотреть, что она делает? А если смотрит сюда? Или спускаться вниз и удирать? Если она позовёт взрослых, могут и поймать, но могут и не поймать, а если буду прятаться, может ей не поверят, решат, что почудилось и дом проверять не будут, а может и будут. Где здесь можно спрятаться? Можно в трубе». – В трубу дымохода Малышу лезть совсем не хотелось.

— Я тебя видела, вылезай, – голос снизу звучал, казалось, прямо за слуховым окном.

«Бежать!» – Но вопреки своим мыслям Малыш присел ещё ниже и даже голову руками закрыл. Увы, это не могло помочь.

— Вылезай, или я позову полицейского, – голос был тонкий, но решительный.

«Ещё не позвала?! Попался, как последний-распоследний дурак!» – Малыш поднялся, отряхнул мусор, прилипший к коленям, и осторожно посмотрел в окно. Сад у дома на другой стороне улицы был пуст, только качели продолжали неспешно покачиваться.