Книга Калинов мост, страница 30 – Александр Феликсович Каменецкий

Не знаю, через сколько скачков мне удалось приспособиться к его аллюру, я просто лёг ничком ему на спину, обхватив его бока руками и ногами. Так лёжа, и продолжал путь, лишь голову набок повернул, чтобы не задохнуться в густой чёрной лоснящейся шерсти. Куда мы скакали и преследовал ли нас кто-нибудь, мне было не видно.

— Эй, Баюн, – тихонько позвал я. – А что случилось? Куда делся цветок?

— Исчез! – кот рыкнул так, что я едва не разжал руки и не свалился на землю.

— Но, почему? – рискнул я со вторым вопросом.

— Я ж тебя учил, я говорил: не оборачивайся! Только обернёшься, и цветок исчезнет. Ты обернулся.

— Постой-постой, – возмутился я. – Ты же сам меня позвал. Сам крикнул: «Иван, сюда». Я и обернулся.

— Я тебе как говорил? А? Сорвёшь цветок, скатерть хватай и накройся. И только потом беги со всех ног. Говорил так?

— Ну, говорил.

— Говорил, что я тебя встречу?

— Ну, говорил.

— Так чего ж ты всё не так сделал? Бестолочь! Скатертью не накрылся. На голос обернулся. Скатерть бы тебя от морока защитила, ты бы мой голос ни с кем не спутал. А встречу – это, значит, встречу, а не окликну. Разницу разумеешь?

— Разумею.

— Бежать я тебе куда сказал?

— Я в темноте не вижу. Куда сказал, туда и побежал.

— Если бы! Со страху, наверное, побежал куда придётся.

— Сам бы попробовал, – огрызнулся я. Надоело оправдываться.

— Да тебе ничего не грозило, круг тебя защищал, цветок тебя защищал, нечего бояться.

— Ага! Нечего! – возмутился я. – Я чуть не помер. Там сам Вий явился, ещё бы чуть-чуть и никакой круг бы не спас. Просто повезло, что цветок вовремя расцвёл.

— Какой Вий?! – засмеялся Баюн и сбился с шага. Я едва не свалился с его спины. Если бы сам батюшка нашей любимой хозяйки Яги Виевны появился, тебя бы никто не спас. Никакой Перунов цвет. Разве что сам Перун из cиней Сварги спустился бы, да и то… сомневаюсь, чтобы он Вия один на один победил. Но лучше и не проверять, такая парочка здесь всё разнесёт, никого живого на много вёрст в округе не останется. Это ж силища! А ты говоришь: Вий. Привиделось тебе. У страха глаза велики.

— Ну, не знаю, – засомневался я. – Значит, показалось.

— Во-во! Со страху всё перепутал. Дрожал, как заяц.

Я лишь скрипнул зубами и отвечать не стал. Что тут говорить, так всё и было – дрожал. И со страху всё позабыл и перепутал, но чего этот мохнатый гад меня дразнит?! Сам-то не пошёл за цветком! Отсиживался где-то в тылу в безопасности, а я там против чудищ со всего леса фронт держал! Героически терпел все нападки и цветок папоротника добыл. И унести смог. Сам же Баюн виноват, что вовремя меня не встретил. Вот где он шлялся? Гад, сам виноват, и ещё меня обвиняет.

— Достань-ка нож, – тихо промурлыкал кот, водя ушами, прислушиваясь к чему-то вдалеке.

— Я его потерял, – зло отрезал я.

Баюн остановился так резко, что я, не удержавшись, перелетел через его голову, перекувырнулся и со всего размаху бухнулся спиной на землю. Дыхание у меня вышибло напрочь. Я пытался подняться и одновременно делал безуспешные попытки вдохнуть. Наконец мне удалось и то, и другое, я развернулся к коту. Тот подкрадывался ко мне, припав на все лапы, прижав уши к голове, явно готовясь к прыжку.

— Повтори, – прошипел гигантский кот, – что ты сделал с ножом, который дала тебе Яга Виевна? Потерял? Я вот думаю, тебя просто тут на растерзание оставить или лучше самому сожрать?