Книга Калинов мост, страница 16 – Александр Феликсович Каменецкий

Ну и? Чего мы ждём? Где же хозяйка? И где вход вообще? С противоположной стороны? Как там в сказках положено? К лесу задом, ко мне передом? Попробую.

— Избушка, избушка, стань… – начал я, но договорить не успел.

Кот чёрной молнией метнулся ко мне на грудь, легко сбил меня с ног. Я пребольно шарахнулся спиной о землю и несколько секунд не мог вздохнуть, лишь разевал рот. Кот топтался у меня на груди, прижимая меня к земле всеми четырьмя лапами, и сердито шипел. Он оказался неожиданно тяжёлым, и дыхание никак не желало восстанавливаться.

— Слезь с меня, – полузадушено прохрипел я, – пожалуйста.

Он сверкнул глазами и спрыгнул на землю. Я потёр ушибленную и оттоптанную котом грудь и неловко сел.

— Что это было? – жалобно промямлил я. – Что на тебя нашло?

— Это что на тебя нашло?! – кот был зол, по всему видно. – Что ты творишь? Ящер тебя раздери!

Да что я такого сделал-то? Что его так взбесило? Всего-то хотел сказку процитировать. Ерунда – только несколько слов.

— Я просто хотел сказать, что в таких случаях всегда говорят, – стал оправдываться я. – Избушка, избушка… тихо, тихо, я больше не буду. Если тебе не нравится, я лучше помолчу.

— Лучше помолчать, когда не понимаешь, что говоришь.

— Ну так объясни! – я тоже разозлился. На груди синяк будет! Однозначно. Вроде кот, как кот, а как врезал, будто тараном. Просто сказать не мог? Нечисть!

— «К лесу задом, ко мне передом» – так ты хотел сказать?

— Ну, – кивнул я. – Так ведь должно говориться? Разве нет?

— А что это значит, по-твоему? Для чего говорится?

— Так всё же ясно, – удивляюсь, – чтобы избушка повернулась ко мне входом, а к лесу, соответственно, задом.

— А о каком лесе речь идёт? – кот спрашивал с таким выражением, словно общался с недоумком.

— Да откуда я знаю! – возмутился я. – Лес и лес.

— Лес и лес, – передразнил он. – Лес здесь поминается только один! Тёмный лес! – он мотнул головой показывая на деревья кругом. – Я же тебе говорил, что Яга Виевна частенько в Явь наведывается. Так вот к лесу задом, к тебе передом, если ты собрался из Яви в Навь, в тёмный лес. В Яви вошёл, в тёмном лесу вышел.

— Понятно, – пробормотал я, хотя до конца ещё не понимал.

— Ничего тебе не понятно, – буркнул кот. – Что ты хотел с избушкой сделать? Здесь кругом тёмный лес и спереди, и сзади. Здесь совсем другая формула, её мало кто знает.

— А какая?

— Так я тебе и сказал.

Я только собрался ответить коту какой-нибудь дерзостью, но не успел. Меня перебил чистый мелодичный женский голос.

— Не ссорьтесь, мальчики.

Я подскочил от неожиданности, обернулся. Возле избушки стояла женщина в длинном, до земли, сарафане: простом, без лишних украшений. Молодое приятное лицо в обрамлении прядей тёмно-русых волос, выбивавшихся из-под повязанного на голову платка. Она была высока и стройна, на её губах танцевала лёгкая, едва заметная улыбка, а глаза рассматривали меня умным, внимательным взглядом.

— Здрасьте, – сказал я растерянно. Это ещё кто? Какая-то помощница Яги? Или пленница? Трудно ей, наверное, тут, в тёмном лесу. Молодая и красивая, и умная, похоже, вон какой взгляд внимательный, цепкий. Марья Искусница? Василиса Премудрая?

— Здравствуй, Иван. – произнесла она своим музыкальным голосом.

Ух, ты! Я вроде не представился ещё, а она уже по имени кличет. Откуда знает? Точно, Василиса Премудрая.