Книга Враг за спиной, страница 35 – Медина Мирай

— Наверное, это было во времена заселения Америки европейцами.

Он сглотнул. Когда Айрис прочитала этот момент, она предложила исправить «заселение» на «колонизацию», но ей, конечно же, отказали. Вряд ли она всерьез рассчитывала на то, что ее предложение примут. Просто не могла промолчать.

— Это была девушка лет восемнадцати. Из коренного населения Америки. Она не видела моего лица и поначалу считала меня монстром, затем одним из чужеземцев. Я носил маску, закрывал кожу, поэтому она никак не могла понять, кто я. В те времена я путешествовал один и часто селился рядом с деревнями, чтобы узнать быт народов. Мы никогда не говорили о личном, я только помогал ей собирать урожай и в целом по хозяйству.

— Чем же она тебя так зацепила? – спросил Джон, метнув на зрителей беглый взгляд. – Дай подсказку. Думаю, некоторые хотят знать.

Тень грустно улыбнулся. Это не входило в его планы. Как и голос, что с каждым словом садился – со стороны, быть может, почти незаметно, но он ощущал, как к горлу подступает ком. Картины прошлого вдруг замелькали перед глазами, и вот он снова увидел в ночи ту деревню, освещенную светом большого костра.

— Она была очень принципиальной. Когда европейские поселенцы пришли с предложением о продаже земель, она была одной из немногих, кто яростно протестовал. Даже видя оружие. При этом в более спокойное время она была очень мила и добра к окружающим. – Он пожал плечами. – Ну, кроме меня.

Он дождался, когда люди в зале закончат смеяться, и продолжил:

— Затем она вышла замуж за хорошего юношу, который заботился о ней. Бывало, я видел со стороны их маленькие перепалки, но все всегда заканчивалось тем, что они мирились. Зная, что теперь у нее есть опора, я продолжил свои путешествия и вернулся спустя два года на то же место.

— Она, наверное, уже родила детей на тот момент, да? – предположил Джон.

Тень открыл рот.

— Нет. Не успела.

Он вновь видел это, словно наяву: разоренная деревня, от которой все еще шел дым. Части тел, обугленные каркасы сожженных типи, гниющие трупы лошадей с разорванными шеями, кишащими червями.

И там была она. Точнее то, что они от нее оставили. Изуродованное зеленеющее тело, с большим запекшимся пятном крови под бедрами. И с копьем, наконечник которого она заботливо украшала цветами, а древко разрисовывала орнаментами своего народа.

Тень перевел дыхание.

— Европейские поселенцы так и не сумели договориться с ее племенем и…

Он не мог вырвать из себя это. Больно, словно ему предлагали вытащить и отдать часть себя. Это был один из тех моментов, когда в нем пошатнулась уверенность в собственных принципах. Когда захотелось найти и разорвать тех, кто это сделал. Действительно ли он должен был оставить в живых этих преступников?

По сценарию, Тень собирался сказать: «Она погибла в результате набега».

«Набега».

Это звучало как издевательство. Не передавало и капли того моря ужаса, что он увидел в тот день. Затоптанные дети, наполовину обугленные тела, черные лужи спекшейся крови, впитавшейся в землю. Он нашел ее даже на кустах и тех редких деревьях, что окружали поселение. И все это его обязали назвать «набегом»?

Он сомневался всего пару мгновений, и вот с губ слетело другое слово, стремительно и безжалостно:

— …Они изнасиловали ее до смерти, вонзили ее же копье ей в горло и сожгли все и всех вокруг.