Книга Индивидуум, страница 273 – Полина Граф

* * *

Во все стороны расходились белые дороги, тянущиеся через ярчайший космос. Я даже не задумывался о них, просто чувствовал, ведь шел этим путем уже множество раз.

Мне и в голову не приходило, что придется возвращаться сюда, вновь подставляться опасности. Когда впереди возникли рассыпающиеся серые земли с треском зеленых костров, я впервые оглянулся на Фри. Ее вид меня удивил.

— Что? — выдохнула она, хмурясь.

— Нет, — качнул головой я. — Все хорошо.

Сара видела меня настоящего в Параорбисе. Возможно, то же произошло с Фри, или так на нее влияла Энергия. Волосы ее почернели, сверкая пурпурным отливом. Черты лица побледнели и заострились, вместо веснушек — искры. Сиреневые глаза приобрели насыщенный темно-фиолетовый оттенок.

Я притворился, что все хорошо. Странный вид Фри — последнее, о чем сейчас стоило заботиться.

Низкий утробный гул, откалывающий от нас мелкую пыль, напомнил об этом.

Никакой души Сары. Лишь Грей.

Мы двигались меж костров и лестниц, я опасливо оглядывался в поисках мерзких статуй, сжимая черный кинжал.

Фри задержала взгляд на небе и белых планетах.

— Он здесь. Я чувствую его повсюду.

— Не отходи далеко.

— Макс…

Ближайший к ней костер вспыхнул адским пламенем, девушку отбросило мощным ударом. Я обернулся, чувствуя слабость в ногах при виде восстающего чудища. Зеленый огонь пылал на его изломанных, неправильно срощенных костях. Мерзкое создание, противоестественное всему. Оно с хрустом распрямило неровные плечи и резко повернулось ко мне. Черные глазницы по-прежнему пусты, они поглощали материю и души, приковывали к себе. Глядя в них, я слышал крики, доносящиеся из глубин эпох и Генезисов. Это были вопли страданий, вечной боли, на которую жизнь обрекла сама себя, появившись на свет. А бездна глазниц обещала покой.

«Мы вернемся назад, — шептал в голове блаженный голос Грея. — Все будет как прежде. Мы будем бесконечны!»

Тварь возвысилась надо мной на добрых четыре метра. Каждое движение неправильно и стремительно, так себя не вело ни одно живое существо. Монстр хрустел, постукивал костями. На миг он заинтересовался мной, но стоило отступить на шаг, как скелет направился к Фри.

Я быстро выбежал наперерез, преграждая ему путь.

— Ну, давай!

Рубанув по вытянутой пятерне, я мало чего добился. Существо даже не заметило. Равно как и моей попытки опалить его светозарным огнем.

Меня отшвырнуло куда подальше, я прокатился пару метров, выронив кинжал.

В голове помутнело. Откуда-то звучали возгласы Фри. Она звала меня. Грохот шагов, дрожь мира. Земля распадалась на куски. Я с трудом привстал. От Фри отделилась короткая вспышка Энергии. Костяная тварь зашипела, но не остановилась.

Отыскав глазами кинжал, лежащий в канаве, я заметил в нем сиреневую искру. Маленький сияющий уголек во Тьме.

— Макс! — кричала Фри, вновь защищаясь.

Чудище наседало, костры горели все яростнее.

Я снова заставил светозарный огонь наполнить руки, и кинжал впитал его в себя, делая невиданное. Тьма и Свет, всегда крушащие все при столкновении… сливались. Это было невозможно. Так не могло быть, это шло против Эквилибриса, против всей Бесконечной войны. Но вот я смотрел на сиреневое лезвие — и не мог ничего ему противопоставить.

Вопль Фри выдернул меня из размышлений. Я бросился ей на выручку, распаляясь все сильнее. Монстр одной рукой прижал ее к земле с такой силой, словно мог вот-вот раздавить. Он нагнулся, дугой натягивая острый позвоночник. В глазницах впервые вспыхнули зеленые огни, они заполнили полую трещину во лбу.