Книга Индивидуум, страница 269 – Полина Граф

— Его еще нет, — потерянно выдала Ханна. — Почему?

— Нужно ловить момент, — предложила Фри. — Пока что мы с Максом можем достать его через Параорбис. Не допустим, чтобы он успел выкинуть что-нибудь.

Я закивал, но все равно ощущал тревогу. Что-то не складывалось. Понимание этого дошло до меня лишь сейчас, когда я оказался в знакомом месте, рядом с рухнувшим деревом, основание которого изъел неправильный туман.

— В тот раз он появился как из-под земли. Ранорий же передал, что оболочка Грея перемещается между осколков, так?

— Ну да, — подтвердил Дан. — Значит, он спрятал тут один.

— Нет-нет, подожди… — Я отвернулся и прошуршал несколько шагов по траве, продолжая думать. — Откуда ему было здесь взяться изначально? Транзиты сюда не пробиваются, способ один — ладья.

— Его кто-то привез? — предположила Рамона, закидывая меч на плечо.

У меня екнуло в сердце. Все вдруг стало ясно.

— Да, — севшим голосом сказал я, обернувшись. — Рамона… это же была ты! Грей благодарил тебя за помощь!

— Что?! — Она округлила глаза. — Как ты смеешь?! Я бы никогда не…

— Не специально! Прошу, Рамона, скажи, что ты оставила подвеску с глазом в Соларуме.

Под напряженным взглядом толпы Рыбы побледнела как смерть. Она разомкнула губы и выдохнула:

— О нет…

И выудила из кармана украшение, блеснувшее зеленой искрой.

— Черт! — во весь голос выругался Стефан, оскалившись.

У меня барабанило в ушах. Я вырвал подвеску. С самого начала она казалась мне неправильной, это пчелиное жужжание в голове… оно не привиделось. Взывали мои силы. Я закрыл глаза, впившись пальцами в металл. Это не плоть, не человеческое тело. Предмет требовалось пробить, чтобы увидеть душу Грея.

Под черными тучами гремели раскаты грома, зеленые молнии били в пустынную землю, разжигая такие же зеленые костры. Среди града пепла к небу тянулись лестницы, а вдали мрачнел монумент из сплетенных скелетов. Похолодев, я понял, что чего-то не хватало. Исчез тот самый, с птичьей головой.

Я затылком ощутил пристальный взгляд и ледяную волну. Меня пробрало. Я не хотел оборачиваться и видеть бездну. Она ведь могла заглянуть в меня в ответ. Дрожа, я пересилил страх и открыл глаза.

Неправильный туман тянулся сквозь растительность, поглощал ее и подбирался к нам.

— Началось, — выпалил я, выхватывая лук. — Смотрите в оба!

— Незачем так бояться меня, Максимус, — донесся голос Грея, казалось, отовсюду. — Я не причиню вреда. Скорее, наоборот. Я желаю вам лишь блага.

— Нам-то? — огрызнулся Стефан, создавая щит. — Ага, так я тебе, говнюк поехавший, и поверил!

— Я давно всех простил, как ты еще не понял? Все наши старые ссоры — такие незначительные. Там, где мы все окажемся, они не будут иметь смысла.

Образ Грея промелькнул в тумане — такой же зыбкий и бесплотный, источающий зеленые нити. На человека он уже мало тянул.

— Я просто хочу освободить вас, всех людей. От Тьмы, от Света. От распрей и войны. Такова моя благодать.

Он не мигая смотрел прямо на нас и был абсолютно, полностью и бесповоротно серьезен.

— Мы сольемся в одно. Как было раньше. До того как всех нас насильно разделили еще на заре всего. До Света, до Тьмы. До уродливого, сломанного порождения, которое они нарекли Вселенной. Мы вновь станем истинной прекрасной формой. Бесконечны и неразрывны. Мы будем едины.