Книга Доминум, страница 43 – Полина Граф

— Знала бы ты Антареса, когда он только вступил в армию, – рассмеялся Альдебаран. – Из непостижимого в нем была только особая способность нарываться на неприятности. Но все же… На тебя время он в конце концов нашел, что уже стало для него подвигом.

Бетельгейзе глядела в сторону полиса. Темнота окутала его, яркие огни зданий мягко озаряли все вокруг.

— Он был рад встретиться со мной, – вымолвила она. – Я не ожидала такого участия с его стороны. Антарес помог мне, направил на верный путь, которому я следую до сих пор. Я буквально преклонялась перед ним, а он признал во мне родную кровь. И помогал до самого конца. Потом Антарес умер, и не было на моей памяти Верховного лучше, чем он.

Каждый раз, когда кто-то вспоминал о тех событиях, тяжесть охватывала Альдебарана. Он нес ее на себе все прошедшие Генезисы.

— Мы росли вместе. Было чудовищно больно смириться с его смертью. Я прошел с Антаресом через многое, потому могу с уверенностью сказать, что его душа была одной из светлейших, что я встречал. И не было ему равных. Во всяком случае, до тебя. – Он решительно заглянул в печальные глаза Бетельгейзе. – Я знаю тебя давно. Я наблюдал, как ты совершала верные поступки, все во благо Света. Будь то первые наши тренировки, рекрутство или твоя работа в правительстве. Ты действительно отдавала себя всю. У нас нет лучшего кандидата на место Верховного Света.

— Есть.

К изумлению Альдебарана, Бетельгейзе с горечью улыбнулась.

— Я нашла часть его души, Альдебаран. Часть Антареса.

Поначалу эквилибрум даже не понял, что она сказала, настолько абсурдным это казалось.

— Нашла?

— Да! Мы сможем его вернуть! После стольких Генезисов. Антарес снова будет жив.

Альдебаран отшатнулся, точно от ударной волны.

— Невозможно, – наконец произнес он. – Он мертв. Ты не могла.

— Но это так! Я сама видела его воспоминания. Ошибки быть не может.

Бетельгейзе приблизилась к Альдебарану, но он отступил.

— Я уже один раз отпустил друга в дальнейший путь, – глухо пророкотал он. – Мы столько искали его, надеялись, молились, верили. Все безрезультатно. Если это ошибка, то я…

— Я могу доверить это только тебе.

Альдебаран помедлил.

— Мне?

— Ты был одним из его ближайших товарищей. Ты бы никогда в жизни его не предал. Не сделаешь этого и сейчас, когда нельзя быть твердо уверенным, кто друг, а кто враг. Прихвостнем Зербрага может оказаться любой.

— А он наверняка не будет в восторге, если единственный, кто может вновь отнять у него место Верховного, вернется, – ошеломленно заключил Альдебаран. – Если в споре с тобой за этот титул у него еще есть шансы, то с Антаресом – никаких. От Зербрага все отвернутся.

— Именно, – кивнула звезда. – Но сейчас Зербраг главный, все проходит через него. Потому мы обязаны действовать в строжайшей тайне.

Сердце Альдебарана бешено колотилось, даже не думая сбавлять темпа. Ему хотелось верить, что все произошедшее в Зеркальном Шпиле – не более чем очередной плохой сон. Альдебаран меньше всего на свете желал питать ложные иллюзии в отношении чудесного воскрешения друга. Но маячивший на горизонте Зербраг не оставлял ему выбора.

— Где он сейчас? – нехотя осведомился эквилибрум.

— На Терре. Когда я обходила населенные планеты, то обнаружила монструма.

— Монструма?! – не поверил своим ушам Альдебаран. Он опасливо обернулся, боясь, что кто-то мог услышать его возглас. – Ты хочешь сказать, что нашла осколок Антареса в чужой оболочке?