Книга Монструм, страница 80 – Полина Граф

— Подумать только, недавно ребенок, а сегодня темная тварь, – вырвалось у меня. – Как же много проблем он доставил.

— Ну и что, что ребенок? – отозвалась Фри. – Большой, красивый, больной – не важно.

— Оболочка – ничто, – отстраненно пробормотал я выученные строки. – Главное – душа.

— Верно. Чем она больше, тем сильнее существо. А если ее нет…

— Тогда оболочка несет смерть. Затем приходим мы и стираем из памяти людей не только ее, но и потерянную душу. – Это правило мне никогда не нравилось, но без него никуда. Просто я – тот, кто знал, что собой представляют души, какие это уникальные, сильные и хрупкие сущности, – не мог спокойно воспринимать, что никто в целом мире не вспомнит, как те когда-то ходили по этому свету. – Пацан теперь никогда не существовал.

Фри кивнула и, достав склянку с кометной пылью, начала осторожно посыпать мои ожоги. Я крепко зажмурился от новой боли. Кометы – раса врачевателей. Здорово, что они существовали и давали нам такое незаменимое лекарство, как пыль, но, когда лечишься этой дрянью, кажется, что делаешь себе только хуже.

— Терпи, – приказала Фри.

Через пару минут дело было сделано. Даже шрама почти не осталось, и то хорошо. Фри зажгла серебряный свет на полную мощность, и слепящее сияние выжгло все следы темной гнили со стен и нашей одежды. Дышать сразу стало легче.

— Ну что. – Фри нетерпеливо оглянулась. – Работа отлично проделана, с меня определенно хвалебное печенье! Теперь можно и в Соларум?

— Но мы не зачистили дом, – возразил я.

— Да брось! Адъюты сами вынесут все вещи мальца и сотрут из интернета его следы. Все будет чисто как стеклышко, не парься.

Я оставался тверд.

— Там темная гниль в доме, она опасна для приземленных.

— Но… – Фри смущенно указала на дверь. – Я же помогла тебе. Мы выполнили задание на высший балл! А меня еще кое-кто просил сегодня разгрести одно дельце в трех часовых поясах отсюда и…

Она переминалась с ноги на ногу в явном желании рвануть отсюда как можно быстрее.

Я так долго смотрел на нее, что Фри сникла. Ей хорошо был известен этот взгляд, которым ее часто награждали окружающие.

— Серьезно? Ты даже не… – Я оборвал себя на полуслове и отмахнулся. – Хотя нет, знаешь, иди. Черт, тебе ничего нельзя доверить. Ни одно задание не можешь нормально доделать! Светлые звезды, почему мне не дали в наставники кого-то другого? Ты абсолютно бесполезная!

Фри показалось, что ей залепили пощечину. Она сжала кулаки.

— Да никто другой тебя терпеть бы не стал! А я всегда пытаюсь помочь!

— Мне твоя помощь даром не сдалась! – отрезал я и, отвернувшись, похромал вверх по лестнице. – Можешь идти, все равно от тебя никакого толку. Я закончу задание в одиночку.

Думаю, мне было известно, насколько сильно те слова ранили Фри, и это казалось в сто крат хуже.

Увиденное поразило меня, ведь я практически не помнил ничего из произошедшего. Но что неприятнее всего – воспоминания Фри не дали никаких четких ответов на вопросы. Что бы со мной ни произошло дальше, она этого не видела. Обращение в сплита и красный спектр случились уже после. Однако кое-что для меня прояснилось.

Я посмотрел на Фри. Она была одной из немногих, кто верил мне с самого начала.

— Боюсь, я никогда не говорил тебе, но ты замечательный человек. Прости, если я… за то, что грубил и вел себя как урод. – Я отвел взгляд.