Книга Монструм. Коллекционное издание, страница 19 – Полина Граф

Фри размяла кисти, собираясь нанести новый удар.

— Ты так доверяешь этому поганцу? – спросил Стефан.

Девушка вздрогнула, после чего резко обернулась. Стеф видел – она удивлена, что он к ней обратился. Давно такого не было, очень давно.

— Он это заслужил, – пренебрежительно фыркнула она, сжимая в руках серебряный клинок.

— Скажи это еще раз, и я тебе поверю. – Стеф пожал плечами. – Я видел, как он мешал тебя с грязью. Такое себе было зрелище, точно избиение беспомощных младенцев.

— Мне твоя компания не нужна, – с плохо скрытым раздражением выпалила она. – Если снова пришел оскорблять, то проваливай.

Снова.

Она не забыла.

— Никаких оскорблений. Просто интересно. Почему ты так упорно хотела вытащить своего негодного ученика?

Девушка отвернулась и еще пару раз рубанула по бедной мишени. Стеф понадеялся, что она не представляет там его.

— А я вытащу, – с вызовом заявила она. – Просто пока не знаю как. Думаю.

Несмотря на все сильные стороны Фри, порой она думала очень долго, и сейчас Стефу это было не на руку. Но вот ее желание – оно было главным.

— Что вы все в нем такого нашли? Ты и Дан.

— Тебе-то какая разница? – огрызнулась Фри, резко обернувшись. – Тебе никогда ни до чего нет дела. А мне есть. Он – моя ответственность. Я должна помочь ему. В отличие от некоторых, у него еще есть шанс.

— Ну-ну, – скучающе протянул Стеф, оглядываясь. – Паскаль приказал мне его охранять.

Она снова принялась за чучело, показывая, что разговор окончен. Какой-то мерзкий червячок обиды бурил железную безучастность Стефа при виде спины Фри. Все-таки иногда ему было неприятно видеть, насколько же сильно люди не желали с ним говорить.

— Паскаль не хочет, чтобы кто-то вроде Дана шатался в карцере. Боится, что тот попортит все дело.

Фри медленно повернулась. Она окинула Стефа подозрительным взглядом:

— Зачем ему туда ходить?

— Ну мало ли. Вдруг отправит Максимуса на проверку и докажет его невиновность. И от Дана можно всякого ожидать. А Паскаль тянуть не любит, все-таки скоро Смотрителем станет кто-то другой, кто вряд ли оставит указ об обнулении в силе.

Переваривая услышанное, Фри отвела глаза. Стефан же обливался ледяным потом. Все зависело от того, догадлива ли Фри в нужной ему степени, иначе придется обдумывать более хитроумный план, и быстро – обнуление новенького не за горами.

Тут Фри засобиралась. Она подхватила пожитки, перепрыгнула через ограждение и пошла к выходу, не удостоив Стефана даже взглядом на прощанье. Стоило ей скрыться, как он облегченно выдохнул. Главное, чтобы Фри пришла нужная мысль. Безумия ей и Дану непременно хватит. Тогда это уже не его забота, а их. Теперь Стефан беспокоился лишь об одном: насколько больно ему будет, когда все случится?

Меня поместили в карцер – неприятную белую комнату, от яркого освещения которой резало глаза. Наручники не сняли, они жгли запястья каждый раз, когда я пытался раздвинуть руки. В помещении не было ничего, кроме стальной скамьи и еле зримого барьера, который должен был отделять мою часть комнаты от надзирателя. Я беспокойно мерил пространство шагами, не останавливаясь ни на минуту. Мысли бегали с места на место, словно блохи перепрыгивая образовавшиеся провалы.

Вскоре должна была прийти Ламия. Она намеревалась взять кровь и эфир на анализы. Мысль о том, что протекторы не могли определить меня, не давала покоя. Эфирный след различим у каждого, даже на самых примитивных проверках. Я не переставал думать об этом, старался логически разложить все на составляющие, найти рациональное объяснение произошедшему, но не мог. Потому что забыл большинство законов Эквилибриса. Я понимал, что изучал их, но что толку, если и это у меня забрали?