Книга Единичка, страница 12 – Элла Чак

Сильвия часто находила в лесу остатки серого асфальта, исчерченного дорожной разметкой, по другую сторону которого воды реки преодолевали каменистые пороги. В этой стихии она чувствовала себя свободно, а когда поднимала голову к небу – листва застилала его травянистыми оттенками изумрудного, салатового; это было оно – ее зеленое небо.

Кисловато-терпкий вкус ежевики, съедаемой ягода за ягодой, приятно охлаждал рот Сильвии. Губы очертились темной окантовкой, а по пальцам сочился фиолетовый сок, оставляя причудливые узоры, напоминавшие звездное скопление. Она протянула ягоды Либери, но ему было не до угощения.

— Что-то услышал?

Конь вел себя неспокойно. Уши крутились, как локаторы. Он опустил длинные ресницы, глубоко втягивая воздух влажными ноздрями. Сильвия повторила за ним. Она закрыла глаза, принюхалась и прислушалась.

— Птицы… Слышу вспархивающих из кустарника птиц. Это там. Пятьдесят метров вниз по склону. Что-то их спугнуло… Стой здесь! Проверю!

Тень девушки юркнула между темных стволов гигантских сосен. Она аккуратно пробиралась вниз с холма, прячась в гуще треугольных листьев. Лес не смолкал. Дневные птицы вспархивали с недовольным щебетанием.

Закрыв глаза, Сильвия «осматривалась» с помощью слуха.

— Шаги… Что? Это же шаги… Неужели человека?

Но что-то необычное и странное было в его походке.

— На трех ногах? – не понимала Сильвия, что она слышит.

Раз… два… и третье касание о шуршащую листву… Раз, два… и третье. Она замерла в зарослях и закрыла рот руками, когда в нескольких метрах от нее проковылял человек. Настоящий, живой человек! Он опирался на клюку – вот откуда «третья нога»! Его сморщенные руки дрожали, лысая голова крутилась на тонкой шее, как первые желтые кувшинки на заболоченном пруду. Мужчина тяжело дышал открытым ртом под редкими седыми усами. Вместо второй кожи на нем была обычная человеческая одежда. Не было самодельных лат или хотя бы фольгированной шапки.

«Как он дотянул до старости, когда все умирали в сорок?» – Сильвия не понимала, откуда в эру Единички мог взяться старик.

Дедок опирался на палку и от кого-то улепетывал со всей своей возрастной медлительностью. Задрав голову, Сильвия услышала электронный голос беспилотника: «Объекту приказано остановиться. Вас доставят в Первый Сектор. Приказываю остановиться. Время до появления комиссаров – четыре минуты тридцать секунд».

— Комиссары! Они схватят старика сеткой тригла! Да у него же от перепада высот сразу голова отвалится! – представила Сильвия надломленный стебель кувшинки. – Там открытая местность. Старик бежит не в ту сторону! Эй… эй вы! – припустила она за ним. – Стойте!

Покинув лесное укрытие, Сильвия попала в объектив беспилотника, поймавший ее тепловое излучение. Теперь голос приказывал пяти объектам остановиться и не оказывать сопротивления комиссарам, до прибытия которых оставалось три минуты двадцать пять секунд.

— Пяти?! – не поняла Сильвия. Как беспилотник насчитал столько? Их только двое. Или тут есть кто-то еще?

— Сюда! – обогнала Сильвия прыткого дедулю. – Бегите к скалам! Тепловизор не пробьет камень! За мной!

Дедок развернулся и втянул изогнутую, как у черепахи, шею в плечи. Он смотрел на дикарку с длинным рыжим хвостом, клинками ножей, закрепленных возле предплечий, и грозно выставленный мачете.