Книга Луч, страница 140 – Даниил Туровский

— Интересно, что мы будем делать со всеми эти документами. – сказала Камилла.

— Если найдем что-то. – сказал сказочник.

— Найдем. – сказал Миша

— Если найдем документы, – сказала Камилла, – как мы будем их вывозить? А если нас поймают?

— Давайте сначала поищем. Пути назад нет. – Миша сжал руку Камиллы.

— Ты прав.

В комнатке-архиве они прокопались минут десять или двадцать, но нашлись только самые обычные материалы: отчеты, учебники, заметки исследователей об экспедициях.

— Тут ничего.

— Есть еще одно место. – сказал Михаил Петрович. – Типа технической комнаты, откуда контролируются эксперименты. Давайте посмотрим – и побыстрее. Мы и так слишком задержались.

— Да понятно. – бросил Миша.

В отличие от замершей комнатки-архива, в технической, видимо, что-то постоянно происходило: валялись документы, ручки, стояли чашки с недопитым кофе. В одной из коробок Миша обнаружил несколько папок с пометкой «зарубежные партнеры». Показал Камилле и Михаилу Петрович, открыл одну.

— Они… они правда продают их, – тихо произнес Миша. – Продают галлюцинации на черном рынке. Да и, может, не на черном. Тут указаны официальные лица какие-то.

— Блин, это невозможно, – вздохнула Камилла.

— Ребята, не хочу показаться циником, – начал Михаил Петрович, – но мир – это всегда про лицемерие и про деньги.

— Так. Берем это все и идем?

Они закинули папки в рюкзаки и вышли из комнаты. Миша внутри себя бесился: надо было уходить с братом, который, наверное, чувствовал, что в НИИ что-то не так. Хотя теперь он сможет (сможет?) вскрыть все эти мутные дела, в которые вовлечены политики и целые страны.

— И это ведь не просто про деньги. – вдруг осознал Миша. – Галлюцинации памяти… Это ведь жуткое оружие совершенно.

* * *

Они вышли из технической комнаты в общий зал.

— Что-то не так, – прошептала Камилла.

Запахло смородиновым вареньем. И гарью, и костром, и маслом.

— Что это? – Камилла отступила к стене. Миша встал перед ней.

— Наверное, объяснение, почему мы сюда так просто попали. – сказал Михаил Петрович.

Пространство перед ними заколебалось, чуть поплыло, еще сильнее запахло гарью, костром, маслом. Появился черт – высокий и с очень длинными руками. Камилле он показался намного реальнее того, что был заперт за стеклом. Там он был просто зверушкой, а когда оказался в нескольких шагах, то концентрацией опасности. Вроде бы она увидела на его морде усмешку. Черт протянул руки вперед. Появился еще один черт. Такой же. И еще.

Миша вытащил из внутреннего кармана пиджака «Мухомор», оставшийся после вылазки за Алёшей (его приходилось перепрятывать: то под кроватью в своей палате в больнице, то на улице под деревом неподалеку от мухоморной границы, то в полузаброшенной каморке с ведрами и швабрами неподалеку от столовой; сегодня он вытащил его из-под стопки книг, которые оставил брат). Миша встал перед Камиллой и направил пистолет на бегущих чертей, которых становилось все больше. Сказочник зачем-то бросился вперед.

Два черта вскочили ему на плечи и начали шептать что-то в уши. Михаил Петрович обернулся к ребятам, а потом еще быстрее рванул вперед по коридору, прямо на существ. Он бежал, раскинув руки, и кричал: «Дорогие мои, наконец-то вы дома! Где же вы столько пропадали? Хотите жареной картошки? Как вы любите?» Сказочник забежал в соседний коридор, несколько чертей понеслись за ним. Еще двое остались перед Мишей и Камиллой.