Книга Ученик. Том 1, страница 106 – Сергей Карелин, Егор Золотарев

Старик никак не реагировал на мои слова, лишь внимательно слушал.

— У вас больные суставы на руках. Думаю, что пальцы болят, когда погода меняется. А еще у вас почки опутаны желтым маревом, но сейчас они тоже притихли. Болезнь скукожилась, но никуда не пропала. Если не лечить, снова вернется. Пока на этом все.

На всякий случай, я еще раз окинул старика взглядом. На самом деле я мог продолжать и продолжать, ведь тяжелая жизнь сильно повлияла на его организм. У него было множество мелких болезней, но я назвал лишь те, что наверняка его беспокоят или могут побеспокоить в самое ближайшее время.

— Хорош, — с довольным видом кивнул он и принялся одеваться. — Куда, говоришь, идти-то?

— Улица Власова, дом семь, — напомнил я.

— Хорош. Буду, — старик прошел сквозь расступившуюся толпу и скрылся с глаз.

Друг за другом ко мне начали подходить люди. Многие просто хотели провериться, хотя их ничего не тревожило. Из почти что тридцати человек я выявил двух со скрытой опасной болезнью. Остальные же ничем особенным не болели: насморк, больной зуб, ушиб и прочее.

Людской поток было не остановить, поэтому я решил сам прекратить это. Взобравшись на Пепельную, несколько раз громко повторил:

— Знахарь принимает на улице Власова, дом семь!

Люди в толпе несколько раз повторили этот адрес, запоминая и передавая другим. Я же повел лошадь в сторону ворот.

По пути заметил двух жандармов, которые не остановили меня, но проводили подозрительными взглядами. Я видел их в толпе и знал, что они наблюдали за мной. Стало как-то не по себе. Не зная законов, легко можно попасть впросак и заиметь неприятности с местными властями. Нужно где-нибудь раздобыть книгу с перечнем законов и на всякий случай проштудировать от корки до корки. Ведь, как известно, незнание не освобождает от ответственности.

Когда выезжал с рынка, у ворот заметил ту самую женщину-чайника. Спрыгнув с Пепельной, взял лошадь под уздцы и подошел к ней. Женщина явно нервничала.

— Слушай, а твой лекарь беременных принимает? — понизив голос, спросила она.

Я уже приготовился ответить, что он всех принимает, но осекся. А вдруг Ерофей ей навредит? Нет, нельзя этого допустить.

— Нет. Не принимает. Для этого есть лечебницы. Знахарь лечит болезни, а беременность — не болезнь, — твердо заявил я, намереваясь продолжить свой путь, но женщина остановила меня.

— А ты можешь посмотреть, все ли в порядке с ребенком? Упала я намедни и живот сильно стукнула. Теперь побаливает. Боюся я, вдруг чего вышло, — встревоженно прошептала она и пытливо уставилась мне в глаза.

Порывшись в памяти Степана, узнал, что ему ни разу не приходилось осматривать «вторым» зрением беременных. Хм, если я через одежду не могу увидеть болезнь, то как это сделать, когда ребенок в животе?

— Не уверен, что смогу помочь вам, — честно ответил я. — Ни разу не осматривал беременных.

— Ты хоть попробуй, — она с такой надеждой смотрела на меня, что я не стал отказываться.

— Ладно. Посмотрю, но ничего не обещаю, — предупредил и огляделся в поисках подходящего места — не здесь же ее осматривать.

Вокруг толпились люди, загружая покупки в телеги. Несколько мужчин сидели на бревнах и играли в карты. Сновали продавцы кваса и семечек. Носилась ребятня.

— Приходите к нам сегодня. На улицу Власова, дом семь, — наконец сказал я, когда не нашел подходящего места. Не при всех же ей юбки задирать.