Книга Алиментов, женись на мне на три дня, страница 11 – Лёля Зайкина

Становится не по себе. Кто знает, неисключено, что он может себе такое позволить. Может, под костюмом его бывшей жены ссадины и синяки скрывались? Отсюда и скорый развод?

— Значит, ты считаешь себя психически здоровой и несклонной к извращениям? — спрашивает для полноты картины, сдвинув брови.

— Считаю, — не сдаюсь, но говорю едва слышно.

— Хорошо. Ты, Люба, будешь моей седьмой женой, — звучит с угрозой.

— Ни за что! — выпаливаю торопливо.

— Будешь! — припечатывает Алиментов и выходит хлопнув дверью.

Родион

Только извращенка меня полюбить может. Как же! Чем я в понимании сотрудницы ЗАГСа не таков? Почему в её мировоззрении меня нельзя полюбить?

Внутри всё кипит. По логике мне должно быть плевать, что думает обо мне Люба, но почему-то это не так. Может быть, дело в дурацком дедовом завещании? В том, что для успеха дела мне нужно как раз чтобы меня полюбили? Поэтому, вероятно, столь категоричное высказывание задевает.

Бред! Почему я реагирую на слова женщины, у которой у самой в личной жизни, по всей видимости, не всё гладко. Была бы эта Люба успешна в любовных делах, она бы не обратилась ко мне с просьбой жениться на ней, чтобы потом, так же как мои предыдущие жены, удачно выйти замуж, завести полноценную семью. Не намекает ли это на то, что ей как раз место в дурке? Ну или как минимум она глубоко несчастна. Счастливые женщины такой фигнёй не маются, они давно уже замужем и воспитывают деток, если это цель их жизни. Они не штудируют данные статистики, пытаясь её вывернуть так, как выгодно им. Не верят в случай, им незачем повторять чужую судьбу. Их своя устраивает.

Любу, по всей видимости, не устраивает, потому что годы идут, а мужики тоже проходят мимо.

Может, как и у меня, у тех, на кого она глаз положила, нет желания ввязываться в семейную жизнь.

Моя цель — не потерять наследство, в которое до вступления в право я успел вложить немало сил. Жена, любящая и верная, интересует меня лишь как пункт завещания. Настоящая и полноценная семья мне не нужна. Я давно женат на работе. Её люблю. А жена… Жена просто не должна мне мешать решать проблемы и немного помочь выполнить условия. Всё. Не был бы фиктивный брак под запретом, я бы вообще не заморачивался бы. Первой же жене поставил бы цель, отвалил бы бабосов и жил бы припеваючи. Уже бы владел компанией единолично и развивал бы её по своему усмотрению, ни с кем не считаясь, уже давно бы развелся и получил бы свободу от женской болтовни и армии баночек, скояночек, которые, по всей видимости, идут в комплекте с жёнами.

Мнение на мой счет неудачницы не должно никак меня трогать, но почему-то рождается протест против того, что Люба видит меня лишь маленьким этапом на пути к счастью. Она точно не рассматривает своё счастье со мной. У нее есть представление о будущей счастливой жизни. В ней инкогнито, но это точно не я.

Почему не я?

Не пофиг ли? Пусть бы искала себе другой статистически важный объект, у которого после развода бывшие жены быстренько замуж собираются. Но, видимо, категоричность, с которой меня Любовь отправляла в дурку на поиск невесты, заставляет меня загореться идеей сделать именно её своей седьмой женой и не временной, а той, которая в меня влюбится.

Той, которая единственная из всей армии моих жён, не примет предложение Макара, откажется от его денег и тела, даже если он решит, что может позволить себе ночь с дамой размера XXL во благо делу.