Онлайн книга «Адептка вне закона, или Ректор, берегите нервы!»
|
Я издала полузадушенный всхлип, роняя голову ему на грудь. Слёзы, которые я запрещала себе проливать всё это время, хлынули неостановимым потоком. — Ты идиот, Вернер, — прошептала я, утыкаясь носом в его ключицу. — Самоуверенный, невыносимый, безумный идиот. Ты мог сгореть в этом разломе. — Я не мог, — он медленно, с лёгким усилием поднял здоровую руку и зарылся пальцами в мои спутанные волосы. — Потому что на той стороне была ты. А я никогда не отдаю своё. Его штормовая магия, мягкая и тёплая, скользнула по моим венам, отвечая моему золотому огню. Ядро Ледяного Короля восстановилось. Шрам на его правой руке останется навсегда как напоминание о цене нашей свободы, но это больше не имело значения. Тьма отступила, оставив нас наедине с рассветом. Полгода спустя... Весенний ветер играл тяжёлыми бархатными портьерами в кабинете ректора, принося с собой дурманящий аромат цветущей вишни и свежей травы. Зима, казавшаяся бесконечной, наконец-то сдала свои позиции. Я стояла на открытом балконе, оперевшись локтями о каменные перила, и смотрела на внутренний двор Академии. Там, на тренировочных полигонах, кипела жизнь: первокурсники неумело швырялись огненными шарами, а старшекурсники отрабатывали сложные щиты. Мир изменился. Империя изменилась. После падения Изольды Вейн и публичного раскрытия правды о «Сердце Скверны» политическая карта столицы была перекроена до неузнаваемости. Департамент Инквизиции расформировали. Те из Ищеек, кто добровольно служил некротике, отправились в рудники, а остальных распределили по обычным гарнизонам под строгий контроль Высшего Совета. Каэль получил полное официальное помилование и предложение возглавить новый исследовательский отдел по изучению диких разломов. Он согласился, но с одним условием: его лаборатория должна находиться подальше от столицы, поближе к родным южным лесам. А моя невыносимая, гениальная Марго стала самым молодым деканом факультета алхимии за всю историю Академии. Теперь студенты боялись её зелий даже больше, чем гнева самого ректора. Тихие, размеренные шаги за спиной вырвали меня из раздумий. Я, не оборачиваясь, знала, кто это. Моя внутренняя рысь довольно замурчала, улавливая родной запах озона, морозного воздуха и крепкого кофе. Сильные руки по-хозяйски легли мне на талию, притягивая спиной к широкой, твёрдой груди. Элиас зарылся лицом в мои волосы на макушке, глубоко вдыхая. — Студенты снова жалуются на декана Марго, — его глубокий голос вибрировал у самого моего уха. — Говорят, она заставила их варить «Слёзы Горгоны» на время. Двое лишились бровей. — Она просто держит их в тонусе, — я тихо рассмеялась, накрывая его ладони своими. Мои пальцы скользнули по жёсткой, рубцовой ткани на его правом запястье — шраму от геомантического разлома. Теперь он не прятал его. Этот шрам стал его короной. — А на что жалуется моя леди? — Элиас развернул меня к себе. Его серые глаза сияли спокойной, бездонной властью и той пугающей нежностью, которая предназначалась только мне. На нём был его безупречный тёмный сюртук, серебряные волосы были идеально уложены, но я-то знала дикого зверя, скрывающегося за этим фасадом. — Твоя леди ни на что не жалуется, — я лукаво улыбнулась, скользнув руками по его плечам и зарываясь пальцами в волосы на затылке. — Она просто думает о том, что Белому Королю давно пора взять отпуск. Элиас усмехнулся — той самой хищной, фирменной ухмылкой, от которой замирало сердце. Он наклонился, его губы почти коснулись моих. — Отпуск — непозволительная роскошь для архимага, — прошептал он, и в его глазах вспыхнули фиолетовые искры нашей бинарной связи. — Но для своей Королевы я готов сделать исключение. Наш поцелуй на вкус был как гроза и пламя. В нём больше не было отчаяния или боли, только абсолютная, неделимая вечность. Мы прошли через ад, разорвали цепи и уничтожили саму смерть, чтобы стоять здесь, на этом балконе. Внутренняя кошка удовлетворённо закрыла янтарные глаза. Партия была окончена. И теперь весь этот мир принадлежал нам. |