Книга Лабиринт Принца Пустоты, страница 129 – Ольга Силаева

Таисса закрыла глаза. И покачала головой.

— Тебе не нужно притворяться прежним Верноном, чтобы провести со мной ночь, – произнесла она, вновь открыв глаза. – Хотя бы потому, что, если ты добьёшься успеха здесь и сейчас, хорошо это не кончится.

Серые глаза опасно блеснули. Сейчас перед ней был тот, кто пользовался памятью Вернона, как острейшим инструментом.

— Хочешь сказать, мне нужно подождать, чтобы добиться с тобой успеха? И сколько же? Может быть, мне поставить будильник? Обвести дату в календаре?

Таисса накрыла ладонью его руку.

— Нет, – произнесла она. – Ты уже добился главного. Я отдам всё, чтобы вернуться домой вместе с прежним Верноном, но я знаю, что если это произойдёт, то у меня в груди останется пустота. Сожаление, что разговоров с тобой больше не будет. Что Кай исчезнет из моей жизни. Что ты исчезнешь.

— То есть ты ко мне всё-таки привязалась.

— Немножко.

Его рука скользнула по её обнажённому плечу.

— Тогда сейчас самое время оставить о себе яркое воспоминание, не находишь? Какое ты бы хотела?

А правда, какое? Сейчас Таисса может попросить о чём угодно. Иллюзия разговора с настоящим Верноном? Ночь, которая заставит её забыть обо всём? Далёкие галактики и секреты планет?

— Хочу увидеть, как ты спишь и улыбаешься во сне, – вырвалось у Таиссы.

…Почему она это сказала?

Вернон–Кай возвёл взгляд к потолку.

— У тебя такое безнадёжно уязвимое выражение лица, что даже соблазнять не хочется, – сообщил он. – Серьёзно? Ты хочешь увидеть, как я сплю?

Таисса развела руками.

Его лицо замкнулось.

— Мне не нужна твоя жалость, Пирс.

— Это не жалость.

— Тогда мне не нужна твоя любовь. Не желаю видеть твоё чёртово разбитое сердце. Из криокамеры, из могилы или из вечности, неважно. Ты всё ещё строишь иллюзии и здорово расшибёшься, когда поймёшь, что твой Вернон погиб.

— Ты не можешь меня от этого защитить.

— Нет? Я, чёрт подери, попробую. По крайней мере, тут у меня это прекрасно получается. Вечность впереди, в конце концов.

Вернон внезапно издал короткий смешок.

— Только что хотел затащить тебя в постель и тут же даю дёру, чтобы не влипать в трагическую историю. Как тебе это удаётся, Таисса-ходячие-угрызения-совести?

Вместо ответа Таисса долго смотрела на Вернона в лунном свете. На прежнего, обаятельного, неотразимого Вернона. Может, действительно забыть обо всём на несколько часов? На одну ночь?

Таисса наклонилась и легко-легко коснулась его щеки. И, скользнув рукой по простыне, подхватила синюю пирамидку.

— Хочу дослушать с тобой вместе. Можно? Сейчас это важнее, чем моё платье или даже моё тело. Честно.

— Платье, которое сконструировали мои блестящие мозги? Ну, не знаю, не знаю, – хмыкнул Вернон, поддев бретельку. – По мне, так это недооценённый шедевр.

Он перевёл взгляд на пирамидку в её руке. Таисса затаила дыхание.

И еле заметно кивнул.

Таисса выдохнула и бережно обняла синие грани ладонями.

*

«Я не успеваю остановить Аму – мне не хватает сил и времени.

Она на миг застывает у Источника, и её воля скользит по сияющим белоснежным кристаллам, словно приноравливаясь к бегу невидимой карусели.

– Светлый живёт и жертвует ради незнакомцев, – я слышу в её голосе насмешку, укор и прощание. – Тёмная действует и жертвует ради близких. Я Тёмная.

Мгновение тишины и стихшего ветра.