Книга Все, что мне нужно, страница 227 – Э. Сальвадор

А еще вспоминать родителей было дерьмовым делом. Я никогда не узнаю, каково это, когда тебя бросают люди, которые должны быть рядом с тобой больше всего. Но я потрачу остаток своей жизни на то, чтобы она никогда больше не чувствовала себя так.

На его лице расплывается улыбка, а серьезное выражение лица смягчается. Он смотрит на меня так же, как когда я привел Никса на тренировку.

— Лола, должно быть, очень много значит для тебя, если ты уже решился отказаться от того, чего хотел всю свою жизнь.

Моя потребность в ней — это больше, чем просто желание.

— Она очень много значит для меня. Она мать моего ребенка.

— Если это то, чего ты действительно хочешь, то я поддерживаю это решение. Ты знаешь, что можешь рассчитывать на меня во всем, что тебе нужно. И я думаю… я не буду против, если ты будешь здесь еще год.

Я ухмыляюсь притворному презрению в его голосе.

— Спасибо, тренер, я очень ценю вашу поддержку.

— Нет, спасибо, что ты оказался достаточно мужчиной, чтобы взять на себя ответственность. Это непросто, никогда не бывает просто, но я могу обещать, что оно того стоит. Особенно неожиданные вещи.

Вот какой была встреча с Лолой, неожиданной. Мы ничего не планировали. Просто так получилось.

Точно так же, как я не ожидал, что влюблюсь в нее, это просто случилось. Я не осознавал, насколько глубоко повяз, пока не понял, что если это не она, то никто другой.

Каждый момент, который я провожу с ней, заставляет желать большего.

Нет ни одного момента, который казался бы лучше другого, потому что я жажду всего, что вращается вокруг нее. От громких до тихих моментов. Время на кухне, пока она учит меня готовить. Видеть ее на своих играх в моей футболке. Смех, который вырывается из нее каждый раз, когда я пытаюсь рисовать. Пробовать новый кофе, пока посреди ночи готовим черничные блины. И мои попытки держать глаза открытыми, пока она не будет довольна своими картинами.

Если это не она, то какой в этом смысл?

— Если передумаешь, крайний срок — 26 апреля.

Он поднимает ладонь, давая мне понять, что он еще не закончил.

— Просто подумай об этом. Я поддерживаю твое решение, но до этого момента многое может измениться.

Хотя до этого осталось два месяца, я принял решение. Я также сделал что-то, чего не могу вернуть.

— Спасибо, тренер, за все.

— Пока ты не делаешь ничего противозаконного, я всегда буду поддерживать тебя и остальных ребят.

Он встает, обходит стол и открывает дверь.

— Теперь иди туда. Мне нужно, чтобы ты сосредоточился. До «Мартовского безумия» осталось всего несколько недель, и ты нужен мне в лучшей форме.

— Да, сэр.

Я улыбаюсь, встаю со стула и выхожу из его кабинета.

Джаггер: Клянусь, вы никогда не увидите меня под каблуком.

Джейден: Мы знаем.

Никто больше ничего к этому не добавляет, потому что мы все полностью согласны с Джеем.

Джаггер: К черту вас всех. Я способен быть хорошим парнем.

Сейнт: Какого черта, ты заявляешь, что никогда не будешь под каблуком, а потом говоришь, что способен быть хорошим парнем?

Джейден: Сделайте так, чтобы это имело смысл.

Джаггер: Я хочу сказать, что никогда не буду под каблуком, но, если бы я был парнем, то был бы чертовски хорошим парнем.

Никто не отвечает на это сообщение, потому что мы все знаем, что из него ничего хорошего не выйдет. Не потому, что он ужасный парень или что-то в этом роде, но его не волнует моногамия или привязанность. По крайней мере, он так сказал.