Книга Все, что мне нужно, страница 215 – Э. Сальвадор

— Я ничего не говорил, — невинно говорю я.

Дотянувшись до ящика тумбочки, я хватаю презерватив и кладу его рядом с ней.

— Твоя глупая ухмылка говорит сама за себя.

Я ползу по ней и устраиваюсь между ее бедер. Она раздвигает их шире, сгибая колени.

— Что там?

Я шепчу, покусывая уголок ее губы, и продвигаюсь вниз к ее челюсти. Прижимаюсь к ее теплой коже и сильно сосу, вызывая еще более хриплые стоны.

Она снова ложится, сжимая в кулаке пуховое одеяло, как будто ей нужно что-то, за что можно держаться, а затем мое имя срывается с ее губ в умоляющей мольбе.

— ТиДжей.

Отстраняясь, я с удовлетворением смотрю на темный оттенок красного, который вспыхивает на ее горле.

— Красный тебе очень идет.

Я провожу большим пальцем по этому месту, ощущая на подушечке тяжесть ее пульса.

— Я даже не буду спрашивать, насколько он велик, — вздыхает она.

— Хорошо, что ты этого не делаешь, — говорю я, сдерживая улыбку. — Это платье нужно снять.

Я даю ей немного места, чтобы снять его, и когда она это делает, то подносит руки к животу.

— Не делай этого.

Я отодвигаю их в сторону и опускаюсь к ее животу.

— Это, — мягко касаюсь губами ее растяжек, — показывает, насколько ты сильна.

Я целую низ ее живота.

— Какая ты потрясающая.

Целую середину живота.

— Как же ты красива.

Я целую с другой стороны внизу ее живота, а затем сажусь, нависая над ней.

— Мне нравится все в тебе. Растяжки и все такое.

Я улыбаюсь ей, притягивая к себе для нежного поцелуя.

Чувствую, как напряжение спадает с ее тела, когда я сажусь, просовываю пальцы под ее стринги и стягиваю их вниз.

— А мои каблуки?

— Мы оставляем их.

Я хватаю презерватив, срываю фольгу и надеваю на свой член.

— Готова?

— Ага.

Она резко втягивает воздух, пока я провожу им вверх и вниз по ее мокрой киске. Я несколько раз дразню ее вход, прежде чем подношу член к ее чувствительному клитору и лениво проскальзываю по нему.

— Ох… — она закрывает глаза, когда я опускаю его обратно и вставляю кончик в ее вход.

Я толкаю еще немного внутрь и напряженно вздыхаю от того, насколько тесно внутри.

— Расслабься, — цежу я и целую ее в лоб, надеясь, что не кончу от того, что едва вошел в нее. — Я еще не прошел и половины пути.

Она поднимает голову, опираясь на локти, и смотрит, где мы связаны.

Медленно и дразняще, я не тороплюсь, проникая в нее, зная, как сильно ей это нравится. Для меня это мучительно, потому что просто хочу проникнуть в нее, но я ее возбуждаю. Она стала более влажной, чем была раньше, и с каждым толчком ее киска сжимает меня.

Но я держусь так долго только потому, что ее хныканье и стоны эхом разносятся по комнате, и когда она раздвигает ноги еще шире, я полностью вхожу в нее.

— Черт возьми, — стонем мы оба.

— Черт возьми, Лола, ты чувствуешься чертовски хорошо.

Я опускаю голову, тяжело дыша.

Она обхватывает меня ногами, ее каблуки впиваются мне в спину.

— Не останавливайся.

Я морщусь от боли, когда ее бедра сжимаются вокруг меня, усиливая трение.

— Быстрее, — требует она, запрокинув голову, но полный жажды взгляд все еще устремлен на соединение наших тел. — Сильнее.

Я толкаюсь сильно и быстро, мои яйца шлепают ее скользкую киску, звук смешивается с нашими стонами. Эти звуки побуждают меня трахать ее еще жестче, потому что ничто не звучит более эротично, чем то, как мы звучим. Это грубо и чертовски нереалистично.