Книга Только с тобой, страница 58 – Э. Сальвадор

— Да, каждый день. Ей срочно нужна помощь, и я как раз собираюсь встретиться с ней сейчас. Мне нужно идти.

— Может, когда я приеду, мы что-то придумаем, — в его голосе звучит тонкая, навязчивая нотка надежды, но он не понимает, что эта надежда умерла давно, еще до того, как он ее возродил.

Я бы пожалел его, если бы мог.

— Сомнительно, — безжалостно отключаю звонок и бросаю телефон на пассажирское сиденье.

Когда-то я любил этого человека, любил всем сердцем, и единственное, чего я желал, было его внимание. Но он выбрал путь, на котором не было места для меня, и, повзрослев, я выбрал свой собственный. Почему-то Джон не в состоянии это понять и наивно полагает, что может каким-то образом вновь соединить наши пути, будто он не бросал меня, будто он не ушел от мамы и от меня. Будто мы не наблюдали издалека, как он создает новую семью, которая стала для него всем, в то время как мы стали для него ничем. Да, это было больно, невероятно больно, но в конце концов боль утихла, и я двинулся дальше. Я просто хотел бы, чтобы он тоже это сделал.

Теперь, из-за Джона и его настойчивого, нелепого стремления восстановить наши несуществующие отношения, я согласился заниматься с Голливудом. Знаю, что не обязан это делать, но я не лжец. Также знаю, что он появится у меня дома и не уйдет, пока мы не поговорим. Встречаться где-то еще не вариант. Я не люблю находиться в компании, если это не является абсолютной необходимостью.

Кроме Габби и Полли, конечно. Они мои лучшие друзья и прекрасно знают, как быстро я перенапрягаюсь, поэтому они никогда не беспокоят меня. Они позволяют мне спать и есть у них, не задавая лишних вопросов. Я стал реже бывать у них из-за их соседки, но теперь все меняется с приходом Джона.

Наверное, стоит взглянуть на светлую сторону. Я буду там, где мне не противно, с людьми, которые мне нравятся, за исключением Голливуда, но, по крайней мере, я получу за это деньги. Мне не особо нужны деньги, но немного лишних никогда не повредит.

Не проходит и минуты, как я уже стою у ее квартиры. Стучу несколько раз, ожидая, когда она откроет дверь. Это очень странное чувство — находиться здесь, понимая, что я пришел не к Габби или Полли, а именно к ней. Как только собираюсь постучать снова, дверь распахивается с неожиданным шумом. Все происходит слишком быстро: Полли врезается прямо в мою грудь, отскакивает назад и почти падает, но я успеваю схватить ее за руку, прежде чем она рухнет на пол.

Ее носик слегка морщится, а тонкие пальцы потирают его, едва я ослабляю хватку.

— Лэндон?

— Привет, Полли.

Она нагибается, ловко подхватывая свою сумку, что мгновением ранее упала на пол.

— Что ты здесь делаешь? Не то чтобы я не была рада тебя видеть, вовсе нет, но я понятия не имела, что ты собирался зайти.

— Я собираюсь заниматься с ней.

Ее брови взлетают вверх, а на губах расцветает озорная, игривая улыбка.

— Правда? Разве ты не был здесь вчера и не заявлял, что ни за что не станешь этим заниматься?

Объяснения — это роскошь, которую я никому не обязан предоставлять, но Полли — совсем не просто случайный человек. Я точно знаю, что она поймет мой неожиданный поворот в решении.

— Джон приезжает, и он пробудет здесь, наверное, месяц или около того.

Полли медленно кивает, в ее глазах мелькает полное понимание. Она не только знакома с Джоном и его семьей, но и встречалась с Эштоном, а значит, ей прекрасно известно о моем глубоком презрении к ним и о том, как отчаянно я стараюсь держаться на почтительном расстоянии.