Книга Только с тобой, страница 144 – Э. Сальвадор

— С чего бы это? — в его голосе проскальзывает насмешка.

— Не притворяйся, что не знаешь. Сначала всегда умирает сексуальная блондинка-дурочка.

Кажется, он усмехается.

— Ты не дурочка. Сексуальная заноза в заднице, но не дурочка.

Я закатываю глаза, но улыбаюсь.

— Значит, ты говоришь, у меня есть шанс выжить?

— Скорее всего, это ты бы стояла за всем этим, — говорит он со всей серьезностью.

Я фыркаю, прислонив голову к стеклу.

— Стояла бы за всем? Ты правда думаешь, что я, милая, невинная Джулианна, способна на такое?

— Да, — тут же отвечает он. — А я бы, наверное, был первым трупом.

— Знаешь, что? Звучит вполне правдоподобно, — я смеюсь и вздрагиваю, когда снова становится холодно. Такова цена за желание хорошо выглядеть. — Пожалуй, я позволю тебе отключиться. Увидимся, когда приедешь.

— С чего это ты кладешь трубку? — спрашивает он, звуча искренне озадаченно.

Я пожимаю плечами, хотя он не видит.

— Чтобы ты мог сосредоточиться на дороге, раз ты ведешь машину и смотришь на навигатор.

— Я сосредоточен. Продолжай со мной разговаривать.

Моя улыбка растет.

— Это потому, что тебе нравится звук моего голоса? — шучу я и потираю руки, чтобы согреть их.

Мысленная заметка: всегда носить с собой куртку.

— Он завораживающий... звук твоего голоса.

Я перестаю тереть руки.

— Какие цвета ты видишь?

— Это мне знать, а тебе — никогда не узнать.

Я стону, запрокидывая голову.

— Ты мне всю кровь выпиваешь, знаешь это? Только подожди, пока ты сюда доберешься.

— О, и что ты планируешь? — высокомерно интересуется он.

— Твою смерть, — безразлично бросаю я.

— Я заинтригован. И как ты собираешься это сделать? — спрашивает он, и я пускаюсь в мучительные подробности о том, как бы изувечила его тело.

Он задумчиво хмыкает как раз в тот момент, когда сзади меня появляется яркий свет.

— Это мрачно, Любовь, даже для тебя.

Любовь.

Если бы не нервозность из-за того, кто может быть позади, я бы смаковала, как эйфорично звучит его низкий голос с акцентом от этого одного слова.

— Кто-то тут, — тревожно говорю я, съеживаясь в кресле, потому что Лэндон не мог уже быть здесь. Мы проговорили всего двенадцать минут. Чтобы доехать, ему потребовалось бы двадцать две минуты.

— Это я.

Я выпрямляюсь и оглядываюсь через плечо. Вздыхаю с облегчением, наблюдая, как он выходит из своей машины и направляется ко мне.

— Это было быстро, — говорю я и отстегиваю ремень безопасности.

Он стоит у двери водителя, все еще прижимая телефон к уху, и смотрит на меня сверху вниз.

— Я знаю.

Кладу трубку, открываю дверь и выхожу. Лэндон нагло меня оглядывает, и когда поднимаю бровь, он без тени раскаяния пожимает плечами.

— Тебе правда не нужно было уезжать, но спасибо, что приехал.

Я улыбаюсь ему и обхватываю себя руками, когда ледяной порыв ветра пролетает мимо нас.

— Не благодари. Я всегда приеду, — в его голосе слышится обещание. — Держи, — он тянется за голову и стаскивает толстовку, отчего его футболка задирается. Мне следует отвести взгляд, но не делаю этого, а смотрю на узкую полоску кожи. Это мгновение, но успеваю мельком увидеть его рельефный пресс и узкую полоску волос ниже пупка, уходящую под пояс джинсов.

Он замечает, что я его разглядываю, потому что, когда протягивает толстовку, на его лице появляется озорная ухмылка.