Книга Инстинкт совершенства, страница 134 – Виктория Лайонесс

Не в силах больше сидеть в комнате, спускаюсь вниз и иду к охране, чтобы узнать, слышно ли что-то от мужа. К сожалению, никто ничего не знает и еще больше расстроенной прихожу в гостиную, сев на диван. Не включаю свет, уставившись невидящим взглядом на стену, на которую падают серебристые лучи от огромного диска полной луны, главенствующей сегодня на небе. Пока я так сижу, лучи постепенно передвигаются и начинают бледнеть, когда время приближается к рассвету. С каждым новым часом липкий страх начинает отравлять кровь, и внутренности скручиваться в тугой узел.

Тишина давит со всех сторон и дышать становится тяжело.

Я нахожусь уже на грани нервного срыва, когда слышу мужские голоса со стороны главного входа. Резко подрываюсь с дивана и кривлюсь от острой боли в лодыжке, которая успела немного опухнуть. Не обращая внимания на боль, бегу в том направлении и замираю, увидев Адриана, которому помогает идти охранник, подставив плечо.

Мой муж выглядит просто ужасно. У него рассечена верхняя губа, левый глаз почти не виден из-за сильнейшего отека, над правой бровью наклеен пластырь, и что-то подсказывает, что под ним у него наложены швы. На нем расстегнута спортивная кофта, под которой голый торс в районе ребер обмотан эластичным бинтом, и он держится свободной рукой за бок.

Он останавливается, и наши взгляды встречаются. Сердце совершает гимнастические кульбиты, подпрыгивая к горлу оттого, как он смотрит на меня. Его взгляд абсолютно пустой и отчужденный. В глазах царит арктический холод.

— Иди спать, Стефан. Дальше я сам, — обращается к охраннику.

— Спокойной ночи, господин Демитриус.

— И тебе, — мужчина уходит и еще несколько секунд Адриан молча смотрит на меня, после чего сдвигается с места, едва перебирая ногами, и проходит мимо.

— Адриан, — прихрамывая, иду за ним.

— Возвращайся в постель, Эверин, — хриплый голос отдает металлом.

— Я не смогу уснуть, пока ты мне не скажешь, что там произошло.

— Я победил, это все, что тебе нужно знать.

— Но Адриан…

— Мать твою, хоть раз сделай то, что тебе говорят?! — рявкает, кинув на меня уничтожающий взгляд налившихся кровью глаз.

— Да пошел ты к черту! Видеть тебя не хочу! — выкрикиваю от обиды и развернувшись на пятках, бегу к лестнице, глотая ставший в горле ком.

— Это взаимно! — услышанное в спину ощущается как удар под дых.

За секунды пролетев два лестничных пролета, с грохотом захлопываю дверь за собой и падаю лицом в подушку, которая быстро пропитывается слезами.

* * *

Следующие три дня я не вижу мужа. Он не ночует в нашей комнате и даже не заходит ко мне, поскольку я сократила передвижение из-за больной лодыжки, лечением которой занимается Бель. После той злосчастной ночи с утра, увидев мою опухшую и покрасневшую ногу, экономка распорядилась охране свозить меня к врачу, чтобы узнать нет ли трещины или перелома. К счастью, это оказалось обычное растяжение, и доктор прописал мне мазь, эластичный бинт и несколько дней максимального покоя. Поэтому теперь я почти все время лежу или сижу на балконе, бездумно листая ленту в интернете или читая электронные книги. Ем не выходя из комнаты и каждый день по несколько часов разговариваю по видеосвязи с сестрой, которая начинает догадываться, что у меня что-то не так по вечно кислой мине.