Книга Инстинкт совершенства, страница 11 – Виктория Лайонесс

— Ты так в этом уверена?

— Да.

— И что предлагаешь мне делать с увиденным?

— Сделать вид, что ничего не произошло. А я просто уйду, и вы меня больше никогда не увидите.

Что-то мне подсказывает, что если бы он хотел, то уже давно схватил бы меня и вызвал своего босса, но продолжает расслабленно сидеть в кресле.

— А ты еще и самоуверенная, воришка. И сколько же тебе обещали за эти фото?

— Дело не в деньгах. Вернее, не только в них.

— Хм… да неужели?

— Эверин, у тебя две минуты! Вали оттуда, если не хочешь быть замеченной охраной? — крик Чарли заставляет меня дернуться к двери.

— Мне пора, — хватаюсь за ручку и не успеваю открыть дверь, как охранник в два шага оказывается рядом и хватает меня за запястье.

Его прикосновение обжигает, будто меня коснулись слабым разрядом электрошокера, отчего непроизвольно вздрагиваю.

Дыхание перехватывает, когда я понимаю, что он выше меня на целую голову. Мужчина обладает фигурой атлета с широкими плечами, спрятанными под костюмом тройкой графитового цвета и белоснежной сорочкой, явно сшитыми на заказ.

Разве охрана носит такую одежду?

Поднимаю взгляд от загорелой руки, держащей меня мертвой хваткой, успев обратить внимание на дорогую марку часов.

Еще один пункт не в пользу сказанного о работе охранником…

Замираю, встретившись с пронзительным взглядом прозрачных серых глаз с ярко выраженной темной границей вокруг радужки. Они кажутся какими-то неестественными. А что еще бросается в глаза, так это то, что темно-русых слегка вьющихся волос и недельной щетины на мужественном подбородке в некоторых местах уже коснулась седина. Можно было бы подумать, что ему уже далеко за сорок, но если присмотреться получше, то ему скорее немногим больше тридцати пяти. И я зачем-то ловлю себя на мысли, что ему идет эта седина.

— Собираешься передать меня своему боссу? Или кто тебе хозяин дома? Ты ведь сказал неправду? — собрав остатки смелости, смотрю на него с вызовом.

— Догадливая, воришка, — ухмыляется. — Но не волнуйся, я отпущу тебя. Но сначала назови свое имя?

— Чтобы ты потом сдал меня полиции?

— Поверь, мне не это ни к чему. То, что происходит в доме Билла, меня абсолютно не касается. Это его личные проблемы.

— И ты ему не скажешь, что видел?

— Нет.

— И почему я должна тебе верить?

— Тебе больше ничего не остается.

— Тогда тебе ни к чему мое имя, — произношу пересохшими губами, ощущая, как адреналин захлестывает и начинает не на шутку трясти.

В какой-то момент незнакомец опускает взгляд на наши руки, и сердце уходит в пятки, когда я вижу, что блузка задралась и открыла его взору часть моего тату. Не успеваю среагировать, как он поднимает манжет, увидев всю картинку.

— Как интересно, — на губах появляется странная улыбка. — У воровки набита татуировка Фемиды — богини правосудия и правопорядка.

— Это не Фемида, а ее дочь Ора — богиня человеческой справедливости, — его знание греческой мифологии еще больше запутывает.

— Так ты у нас борец за справедливость? — приподнимает темную бровь.

— Не твое дело, — выдергиваю руку, порываясь открыть дверь.

— Поднос забери, — повелительно произносит, отходя от двери, что говорит о том, что он больше не собирается удерживать меня.

Быстро хватаю поднос и вылетаю из кабинета. На колотящихся ногах и выпрыгивающим из груди сердцем иду по коридору. Чуть не вскрикиваю, когда из-за поворота на меня налетает огромный охранник.