Книга Измена. О чём кричит тишина, страница 37 – Мария Владыкина

Проглотив ругательства, я сразу решила перейти к сути разговора.

— Вы почему Лизу забрали из детского сада, и даже не предупредили меня?

— Потому что хочу, чтобы моя внучка росла в полной семье, Валя. Давай, хватит глупостями заниматься. Приезжай ко мне, и поговорим. Глеба я тоже пригласила. Не можете сами разобраться между собой, значит, я вам помогу.

— А вы, простите, кто, чтобы в семейных отношениях разбираться? Семейный психолог? – Начала заводиться я, но свекровь просто положила трубку. Непрошибаемая женщина.

Со вздохом разочарования, я завела машину и поехала к дому свекрови.

«Приятным» моментом было ещё и то, что переться от её дома до дома мамы мне придётся потом по меньшей мере час со всеми пробками в городе.

Когда подъехала к дому свекрови, то во дворе сразу же увидела машину Глеба. Он приехал раньше, а, может, вообще уже был здесь, когда я позвонила. Кто их разберёт.

Быстро посмотревшись в зеркало заднего вида, я покачала головой, думая, зачем мне вообще было знать, как я выгляжу, и вылезла наружу, направившись к нужному мне подъезду.

Подъездную дверь мне открыли без лишних слов, и я решила подняться по лестнице на третий этаж, чем ждать лифт несколько минут.

Как только дверь квартиры свекрови открылась, я сразу услышала детские голоса: Лизы и Никиты. Дети, кажется, играли. Они вообще дружили друг с другом, но сейчас это для меня было странно, и хотелось закричать, чтобы этого бастарда оттащили от моей дочери. Может, я была плохим человеком, что начинала думать о ребёнке в подобном ключе?

— Здравствуйте. Я за Лизой. – С порога сказала я. Открыла мне свекровь, Глеба видно не было. – Лиза! Собирайся, мы уезжаем. – Последнее я уже кричала, чтобы дочь меня услышала.

— Погоди, Валя. Ты куда-то торопишься? Что, есть дела поважнее, чем то, что у тебя семья рушится? – Скрестила руки на груди Тамара Петровна. Её руки смыкались не до конца. Она была невысокой, и довольно крупной женщиной.

Раньше мне всегда было интересно, как у неё с такой фигурой и ростом получился Глеб: высокий, атлетично сложенный… Если про спортивную фигуру ещё можно было понять, то рост…

— Во-первых, тут нечего обсуждать, во-вторых, тут нечего обсуждать с вами. Вы зачем вообще вмешиваетесь в наши отношения?

— Ах, это я сейчас, получается, вмешиваюсь?

— Ну а как это называется?

В конце коридора показался Глеб, он выглядел напряженным.

— Мам. Я тебе говорил, не лезь не в своё дело. Валя, я не знал, зачем она меня сюда позвала. Сказала, что ей помочь что-то нужно.

— Ага. А откуда тогда она в курсе про нашу размолвку? - Прищурилась я.

— Ну, это я сказал. Признаю. Просто она позвонила в обед, как раз после того, как я приезжал к твоей матери, и я был расстроен. Так что поделился.

— Супер. Сразу побежал мамочке жаловаться.

— Валя! – Раздалось сразу с двух сторон: от мужа, и от свекрови. Прямо двойное нападение.

— Позови Лизу, Глеб. Мы с ней уезжаем.

— Куда ты поедешь, Валь? Опять к маме? А потом что? Давай и правда сядем, и поговорим, как взрослые люди. Без всякой ругани и обвинений. Мама права.

24 глава

Я подняла голову вверх, и медленно про себя начала считать до десяти. Меня абсолютно всё вокруг выводило из себя.

— Ну пошли, поговорим.

Под недовольный взгляд Тамары Петровны, я сняла обувь и верхнюю одежду, и прошла внутрь. Сама я в её квартире бывала не слишком часто, обычно просто привозила или забирала Лизу.