Книга Без права на ошибку. Том 2, страница 41 – Рене Эсель

— Да, тогда я очень сильно зависела от общественного мнения. Мне было важно, чтобы мой парень был самый-самый для всех. А в нашу следующую встречу я не могла расслабиться вплоть до договора с Лазаревым.

— Который чуть не разрушил фирму твоего отца, — выпрямляется и смотрит с упреком.

От изумрудного взора вновь не по себе. Я у школьной доски и не знаю правильный ответ. Излагаю своими словами, а глаза строгой учительницы под половинками очков становятся только более требовательными.

— У меня нет ответа, почему не пришла после того, как мы остыли, — взволнованно дергаю рукой и подбираю долетевшие остатки чашки с барной стойки. — Я как-то привыкла, что если не берут трубки и выгоняют на улицу — то и не ждут. Но я точно знаю, что ты не прав. Ты важен для меня и тогда, и сейчас.

— Не начинай, — стонет Шершнев и стаскивает с плиты остывшую сковороду. — Лен, не насилуй чувство вины. Уж не знаю, что там наплел Лазарев, но это точно к тебе не имело никакого отношения.

— Если мы постараемся, будем общаться чаще и не станем закрываться каждый в свою раковину — у нас получится, — упрямо твержу, заглядывая в поблекшие глаза. — Я все рассказала, а ты еще не ответил.

— Разве, любимая? — разбитая бровь Шершнева устремляется вверх. — По-моему я ответил сполна.

— Олег…

Вибрация телефона раздается откуда-то снизу. Несчастный аппарат, видимо, подвернулся мне под руку в порыве ярости. Мы оба падаем на колени и исследуем ламинат, но тщетно. Звук прекращается, но через секунду наступает новая партия.

— Нашла! — вскрикиваю я, завидев сияние под диваном.

Моя тонкая кисть с легкостью проникает к источнику света. Я без труда вытаскиваю смартфон Шершнева и без задней мысли скольжу взглядом по экрану.

Забытый мною кинжал возникает вновь и с смачным хрустом прокручивается внутри. Чувствую, как ледяная сталь разрывает несчастную мышцу, пока я кашляю, таращась на незнакомую фотографию.

Брюнетка с высоким конским хвостом, в кожанной куртке поверх едва прикрывающего полную грудь топа, со счастливой улыбкой обнимает за шею растрепанного Олега. Он крепко прижимает незнакомку к себе и, смеясь, целует ее в щеку.

— Благодарю, — выпаливает Олег и вырывает из моих окоченевших пальцев смартфон. — Ты что-то побледнела, Лен. Правда, приляг иди.

Киваю на автомате. Веки обжигает застывшее перед глазами изображение.

Все выводы, что я выстроила в своей голове минуту назад, рассыпаются прахом. Ураган по имени «Анна» подхватывает серую пыль и выбивает из-под ног почву.

Я была практически уверена, что Олег все еще любит меня.

— Да, Ань, — выдыхает за спиной Олег, пока я пытаюсь оторвать от пола ступни, пустившие в ламинат корни. — Нет, я про тебя не забыл, как тебе такое в голову могло прийти? Я же не самоубийца.

Олег смеется, а я с трудом двигаюсь с места.

— Мать, прекращай. Нет, я не спорю. Точно не спорю. Нет, ты не виновата. Конечно, я виноват, кто еще, ну? Нет, не бухаю. У меня здесь личный цербер, забыла?

От неловкости готова провалиться сквозь землю, но все равно не могу сдержаться и перестать слушать.

— Посмотри в кабинете, в кресле. Или в гостинной, в зеленом диване, не помню.

Красные сапоги. Абсолютно безвкусные. Они никак не срастаются в голове с этой жгучей особой.

Она самая настоящая красавица.