Книга За секунду до любви, страница 77 – Вирсавия Вайс

— Кажется. — Мой голос охрип и срывался. Ну всё, пиздец котёнку, я окончательно поплыла, превратившись в озабоченную сексом мартовскую кошку, мысли которой сейчас только о том, что ещё часа два, и мы снова окажемся в постели. Ох!

— Значит, с утра планов никаких. — Припечатал он, доставая телефон.

А я стояла, разинув рот, офигевая от того, как он быстро решал проблемы с моей работой.

— Рокс, привет. — Низкий голос, мои волоски дыбом, пульс хреначит в стратосфере, я дура дурацкая, а так жизнь прекрасна! — Стэфка у тебя всё это время? Ммм, слушай, ты это... Не будет её всю неделю. Угу, сожрал. И в землю закопал, и надпись написал. Херню-то не городи. И скажи Факирычу, что я завтра позвоню. В общем, решать нужно. Дурь всё это. Считай, что так. Возможно, время покажет. Всё, давай. Пока. — Он отключил телефон, окидывая меня странным взглядом. — Ну всё, кукла, считай, что у тебя отпуск на всю неделю. Так что... — Он поднял бровь, я выпала в осадок, труселя хоть выжимай. — На завтра у нас планов громадьё. Погнали домой.

Сняв с руля шлем, он медленно, глядя мне в глаза надел его на меня, и это было... Да к чёрту политес! Это было охерительно сексуально! Это был просто секс в чистом виде. Мамочки... Пока он меня трахнет, я точно двинусь по всем фазам, только от того, что буду думать об этом двадцать четыре на семь, представляя, как это вообще может быть.

— А можно я... — Сглотнув, схватила его руку, переплетая наши пальцы, преданной собакой глядя на него. — Я правда... Честное слово.

— Хочешь за руль?

Неужели? Неужели пустит? Ох ты ж, мать моя женщина. Вот я точно бы не пустила. А он... Или тупо издевается? Но нет.

Я завороженно следила за тем, как он перекинул ногу через сидение и отошёл, делая жест рукой. Ну всё... Чёёёрт! Да я ему всё отдать готова, только за то, чтобы почувствовать опять ветер, бьющий в грудь.

— Прыгай, принцесса. Только, — оп-па, я снова вжата в каменную грудь и чувствую его дыхание на своих щеках в окошке визора. — Вытворишь то же самое, точно поймаю и оттрахаю. Хотя, как ты понимаешь, оттрахаю я тебя всё равно, только в первом случае буду очень злой.

«Всё равно... Буду очень злой... Очень...» Твою дивизию! Насколько очень? Да о чём я вообще думаю, когда тут такая красота.

Бах! Это вот что такое сейчас происходит? Почему мои глаза прилипли не к кожаному сидению тяжёлого байка и не к хромированному рулю, а к тому самому месту, которое я вчера так неумело нализывала, стараясь показать всё, что я не умела, и которое сейчас так некстати распирало ширинку.

— Стэфка! — Тихое рычание, которое только ещё больше разгоняет букашков под моей кожей. — Кончай немедленно! Или, бля, я сейчас сам кончу!

Я нервно сглотнула и подняла на него больные глаза. Плыву, уплываю напрочь! Ну почему ты вообще появился в моей жизни? Почему вот так и никак по-другому? Почему тело сгибает в бараний рог от желания? Может быть, я просто маленькая шлюшка? Хотя на других-то мужиков мне ровно, а этот-то что? Что, у него хер золотой? Да нет, вспомнив такое себе впечатляющее достоинство, теперь понятно, почему этот передний хвост называют достоинство. У Дана он очень даже достойный! Так вот даже это всё из себя достойное достоинство вполне себе обычное, обтянутое нежной тонкой кожей и уж точно не золотое.