Книга Драйвовый рок, страница 64 – Дарья Юрьевна Савельева

— У меня же освобождение, помнишь? – улыбаюсь я, падая на кровать.

— А, точно. Последняя тренировка сегодня. Переживаешь?

— Из-за тренировки? – удивляюсь. – Да ну.

— Нет, из-за завтрашних соревнований.

Я ненадолго замолкаю, но решаю не затягивать с ответом, чтобы не выдать своего волнения.

— Ни капельки, – уверенно говорю я.

— Так держать! – кивает Катя и тут же смотрит на часы. – Ой, ладно, пойду, а то вдруг еще опоздаю. А то ты же знаешь: чем раньше из дома собираешься выйти, тем больше вероятность, что опоздаешь еще сильнее.

Мы смеемся. Катя одевается и, послав мне дружеский воздушный поцелуй, выходит из комнаты.

Я привстаю на локтях и смотрю на письменный стол. «Когда она все успевает?» – думаю я, рассматривая разложенные новогодние игрушки, мишуру и крохотную елочку, которую, по всей видимости, Катя заставит меня наряжать вечером. Падаю обратно на подушку и таращусь в потолок. В голове снова крутятся мысли о Кирилле, а на предпраздничное настроение нет даже намека.

* * *

Холодно. Колени дрожат. Не так я себе представляла день икс. Я все еще стою в раздевалке и собираюсь с силами, чтобы выйти в зал, к своей команде. Тренер поторапливает, но я бессовестно игнорирую. Что со мной такое? Подобного я никогда себе раньше не позволяла.

— Лиза! – строго окликает в очередной раз Вера Григорьевна и теперь подходит ко мне сама. – «Гидры» уже вышли, все ждут нас! Чего ты так долго? Что-то случилось?

Я снимаю с крючка полотенце и закрываю шкафчик.

— Нет, простите. Просто немного нервничаю.

Хочу отвести взгляд, почему-то мне стыдно за свои слова. Мой страшный секрет теперь раскрыт, от этого я готова выпрыгнуть в окно. Спортивная звезда университета не может бояться.

— Перестань, – с улыбкой говорит Вера Григорьевна, касаясь ладонью моего плеча. Я чувствую тепло в ее голосе и жесте. Мне отчаянно хочется зарыдать.

Я вспоминаю маму, мне так ее не хватает, хотя даже уже не могу с точностью вспомнить ее лицо. Но прикосновение тренера обрушивает на меня воспоминания. Нечто похожее происходило, когда мама утешала меня и дула на разбитую коленку.

— Ты проделывала это уже много раз. Твои соперники вовсе таковыми не являются – ты это знаешь. Все же я понимаю: соревнования – это соревнования. Если тебе станет легче, представь, что ты просто тренируешься, и всех этих людей, которые наблюдают за тобой с трибун, на самом деле нет. Будь собой и верь в свои возможности. Ты же просто делаешь то, что тебе нравится, верно?

Я тихо всхлипываю и, сама от себя не ожидая, крепко обнимаю тренера. Прижимаюсь к ней, как потерявшийся котенок, которого добрая тетя только что спасла. Она смеется и хлопает меня по спине.

— Ну, вперед, – произносит Вера Григорьевна и кивает в сторону выхода, который ведет к бассейну.

Беру очки, поправляю плавательную шапочку и следую за тренером. Я не корю себя за минуту слабости, сейчас мне предстоит встретиться с более сильным противником – зрителями. С каждым шагом я все ближе к залу. Да, я по-прежнему нервничаю, однако истинную причину тренер не смогла разглядеть. Пожалуйста, пусть людей окажется так много, что мне будет трудно найти его среди этой толпы.

Яркий свет ламп бьет по глазам, отдавая в виски. Я широко улыбаюсь, надевая маску уверенности и профессионализма. Выпрямляю спину и ровным шагом следую за Верой Григорьевной.