Книга Хрупкое счастье понедельника, страница 43 – Дэни Аткинс

— И с каких это пор ты интересуешься астрономией? – с вызовом спросила Кира.

— Я не… не особо.

Это было правдой, но почему-то казалось ложью. Может быть, летняя бессонница и любование звездами в ночи пробудили во мне новый интерес? И поэтому я украсила стену в шестом классе изображением галактики вместо полей и животных?

— Прости, Молли. Знаю, тебе это не понравится, но для меня это слишком похоже на творчество Мэри Шелли^[1].

Понадобилась секунда или две, чтобы понять ее логику, а когда до меня дошло, я еле сдержалась, чтобы не вздрогнуть.

— Нет, ничего подобного.

— Он собирает вас всех вместе. Признайся, это довольно стрёмно.

Я принялась осматриваться, стараясь не встречаться с ее взглядом, острым как лазерный луч. Не такой реакции я от нее ждала. Учитывая количество сайтов знакомств, на которые была подписана Кира, и количество свиданий вслепую, на которых она побывала, подобная осторожность казалась неуместной и излишней.

В самом начале, когда я боялась сказать что-нибудь не то, я показывала ей некоторые письма Алекса и мои ответы. Из всех моих друзей Кира была единственной, кто мог бы понять мои противоречивые чувства по поводу возможной встречи с ним. Она излишне драматизировала ситуацию или в самом деле видела какую-то опасность, которую я не замечала?

— Как бы то ни было, я пока не решила, – сказала я, боясь испортить вечер или, что хуже, разрушить нашу дружбу.

Она посмотрела мне в глаза.

— Нет, ты уже решила.

Это был неловкий момент, но Кира сгладила ситуацию, наклонившись и ласково пожав мою руку.

— Просто будь осторожна, Молли. Вот и все.

Она встала одним изящным движением, которое наверняка привлекло внимание каждого живого мужчины в баре.

— Еще по одной?

Я кивнула, и она пошла к бару.

— А когда я вернусь, ты узнаешь все подробности о моем последнем неудачном свидании. Если в мире и остались еще хорошие мужчины, то черт знает, куда они попрятались.

Потребовалось усилие, чтобы не бросить еще один взгляд на приглашение Алекса, но мне как-то удалось сдержаться.

Я огорченно хмыкнула, расстегивая молнию на очередном платье, и швырнула его в кучу, лежавшую на кровати, уже напоминавшей прилавок на благотворительной распродаже. В шкафу оставалось слишком мало вещей, которые еще предстояло померить, а заказанное такси должно было приехать уже через двадцать минут.

Окончательное решение согласиться на приглашение Алекса я приняла несколько дней назад, поэтому на поиски подходящего наряда было достаточно времени. Почему я решила отложить это на последний момент? «Потому что подсознательно ты всегда собиралась отказаться», – предположил всезнающий голос в моей голове. Не обратив на него внимания, я вернулась к опустевшему шкафу. Оставалось всего два платья. Красное я отбросила сразу – его глубокий вырез всегда казался слишком смелым. Оставалось только светло-серое шерстяное платье с воротником-хомутом, совершенно не походившее на винтажную одежду в стиле пятидесятых, которую я обычно выбирала. Мягкий кашемир приятно касался кожи. Я надевала его всего пару раз, и, застегивая пуговицу на шее, я вспомнила взлетевшие брови Тома, оценившего, как платье облегает мою фигуру. С тревожным чувством я повернулась к зеркалу. Мне определенно не хотелось в этот вечер выглядеть сексуальной и отсутствие выреза хотя бы скрывало шрам. Я меньше всего желала, чтобы Алекс увидел столь явное напоминание о том, что сердце его жены теперь жило в моей груди вместо ее собственной.