Книга Гномка, страница 45 – Диана Чайникова

— Что ты видела?

— Картины вон там, - я неопределенно махнула рукой куда-то на гору. Еще не хватало признаваться врагу гномов, что они в пещере прямо за спиной.

Он задумчиво посмотрел вдаль, потом на меня.

— Сколько?

Я зло нахмурила брови. Что сколько: картин, шагов до них или еще какие-то подробности ему подавай? Королева какая, все его с полуслова должны понимать! Объяснять смердам – не эльфийское дело?

— Сто золотых, - я деланно равнодушно посмотрела ему в глаза.

— Что? – Удивленно переспросил он.

— Что? – Повторила послушно я.

— За что сто золотых?

— За ответ.

— Какой ответ.

— Ты спрашивал: сколько?

— Спрашивал.

— Сто.

— Но почему? – Изумился безухий неправильный и совсем некрасивый эльф.

— А почему нет? – Издевалась я.

— За что я должен тебе давать сто золотых?

— Ни за что.

— Тогда почему ты требуешь с меня сто золотых? – Его злость плескалась радостной рыбкой у меня в душе.

— Я не требовала с тебя сто золотых, - и пока он не начал меня душить, а руки его уже подрагивали в предвкушении, поспешно добавила, - ты сам предложил, спросив «сколько»?

Эльф отчетливо пару раз вдохнул и выдохнул. Уважают в этом мире медитацию с нашего Востока.

— Я имел в виду совсем другое.

— Скажи мне, о недружелюбный эльф, к какой расе, народу, племени ты можешь меня отнести?

— Что? – «О» растянулось на несколько секунд. Я выжидала.

— Ты самая наглая гномка, которую я встречал!

— Заметь, я не уточняю, со сколькими гномками ты перевстречался, - я стала опасаться за сохранность его зубов – так громко они скрежетали, - но посмею сделать вывод из твоих слов, что меня нельзя отнести к гадалкам?

— А при чем тут эти бродяжки и аферистки? – Праведному гневу позавидовали бы все монахи Вселенной.

— Потому что я не гадалка, чтобы угадывать, что ты подразумевал, спрашивая у меня: «сколько». И не телепат, опережая твое другое возможное предположение.

Эльф внезапно сел рядом и хлопнул меня по тыльной стороне кисти, вольготно до этого лежавшей прямо на моей коленке. От близости его ладони к моей коленке я покраснела и чуть было не забыла про его очевидное уродство.

— Я понял тебя. Согласен, я бы несносен и высокомерен.

Мой рот округлился, надеюсь, красиво и эстетично, а вот глаза точно вывалились не самым привлекательным образом. Эльф рассмеялся.

— Да нормальные мы. Есть, конечно, различные индивидуумы, но так вот и у гномов выросла редкостная… красавица и умница.

Показалось, что подразумевалось нечто менее цензурное и приятное для моих ушей.

— Давай действительно начнем с начала. Меня зовут…

Я замерла в предвкушении, памятуя удивительные имена гномов.

— Даймерлио.

На лице отразилось разочарование, которое я не успела скрыть.

— Что-то не так? Я в чем-то успел провиниться? – Изумился эльф.

— Нет, все хорошо, просто я думала, у вас более необычные имена.

Если он и удивился моим причудливым запросам, то не показал вида.

— Что ты хотела от меня узнать?

Я недоверчиво кинула на него взгляд. Серьезно? Мир?

— Всё, - я робко улыбнулась.

Он поудобнее уселся и с одухотворенным видом начинающего лицедея принялся выкладывать наспех придуманную биографию:

— Я не в полной мере владею информацией о том, как я здесь оказался, поэтому расскажу то, что знаю точно. Предположения оставлю при себе, они только помешают объективному восприятию. В составе небольшой группы мы двигались в человеческое государство. Путь наш пролегал вдали от основных дорог, и гномье царство должно было остаться в стороне. В последний день мы проходили через небольшую деревню. На нас была хорошая маскировка, и мало кто мог разглядеть, кто или что скрывается под нашими капюшонами. Мы чувствовали себя в относительной безопасности и преступно расслабились. Не знаю, когда мы обнаружили засаду. Кажется, только в тот миг, когда она схлопнулась, но мы тренированные бойцы и действовали быстро, сгруппировавшись и приняв бой. Наши враги тоже не хотели быть узнанными, на них тоже были плащи с капюшонами, в глубине которых порой мелькали лица, но распознать даже расу не представлялось возможным. Врагов было слишком много, они теснили нас и пытались разбить. Не дожидаясь неминуемого конца, мы разделились и поодиночке попытались уйти. До сих пор не знаю, что стало с остальными членами моего отряда, но я сумел скрыться. В попытках уйти как можно дальше, я забрался глубоко в лесные дебри и, видимо, пересек гномьи земли. Одно могу сказать с уверенностью – я не видел птицы Нагаи поблизости и не понимаю, как оказался в ее гнезде, хотя и верю вам. Более того, пока вы отсутствовали, я осмотрел себя. Детальный осмотр тела показал мне глубокие длинные царапины, нанесенные, как я подумал, неизвестным мне оружием. Теперь и этот момент прояснился. Спасибо, что не оставили меня на прокорм птенца.