Книга Гномка, страница 180 – Диана Чайникова

— Думаю, выжидать не имеет смысла, - отметила я.

— А я считаю, имеет. Тебе стоит отлежаться. Я могу один обследовать коридоры, зная, что ты никуда не уйдешь. Здесь есть вода, она даст нам продержаться какое-то время.

— Но здесь нет еды.

— Согласен, но я и на воде привык существовать довольно долго. А ты будешь лежать, чтобы не тратить энергию.

— А если с тобой что-то случится?

— Значит, ты продолжишь путь одна, - просто ответил маленький мальчик.

— Сегодня я соглашусь с тобой. Чувствую, толка от меня пока мало, но я прошу тебя никуда не сворачивать, если тебе попадутся развилки, чтобы не заблудиться.

— Я Знающий, - мягко усмехнулся малыш.

— И что? – Нахмурилась я.

— Я не могу заблудиться, если хоть раз прошел какой-то маршрут. У меня абсолютная память.

— А если ты заблудишься случайно? Упадешь куда-нибудь, как я?

— Тогда я попробую выбраться. Я буду осторожен, обещаю, - обрывая мои очередные попытки нагнать страха, закончил он.

Поджав губы, позволила волосам закрыть лицо, чтобы Странг не видел моего горестного выражения. Было невыносимо стыдно рисковать его жизнью.

— Я правда вернусь, я знаю, что тебе нужна помощь, - пообещал малыш, удаляясь.

Как у безжалостного племени могло вырасти дитя, которому не безразличная чужая жизнь?

Как же тошно зависеть от ребенка. Злясь на свои травмы, я заставила себя встать и сделать пару гимнастических упражнений, чтобы размять мышцы. Приходилось учиться дышать заново – с болью. Кто знает, срастутся ли внутренние повреждения, и как долго они будут аукаться. Зачем я его отпустила? А если с ним что-нибудь случится? Благодаря Дару темнота не была полной для меня, но страха перед ужасами подземелья это не отменяло.

— Нельзя настолько быстро привязываться и так сильно бояться остаться без социума, - вслух убеждала я себя. - Одиночество в какой-то мере благо. Как минимум, никто не предаст. Просветление опять же приходит только к отшельникам. Не зря столько монахов уходили в дальние кельи и обретали святость. Может, моя судьба в этом мире – замаливать грехи, совершенные в прошлом.

В самом деле, стоит подумать о закономерности: стоило мне к кому-то привязаться, и либо меня предавали, либо я сама их подводила. Может, и для мира будет лучше, если я не погибну. Нет, это слишком отдает саможалостью, я лучше просто самоустранюсь. Найду себе где-нибудь пещеру с подземным озером и доступом к лесной еде. Интересно, насколько моя фигура все еще важна для мироздания. Повлияет ли на что-то мое исчезновение или мне просто не дадут уйти?

К счастью для моей психики, измученной страхами, через некоторое время я смогла заснуть, истощенная нехваткой еды и физическими недомоганием, а когда проснулась, Странг снова сидел рядом с ложечкой для питья наготове.

Наше пребывание здесь было монотонным и однообразным. Мальчик периодически возвращался, пил воду, отдыхал и снова уходил, я бестолково слонялась по пещере, восстанавливаясь после падения. Обещания самой себя выполнить не удалось – стоило пройти несколько шагов, и грудь изнутри полыхала огнем, скрючивая мое тело от боли.

Изредка маленькому исследователю попадались ответвления, но он послушно избегал их, ходя только по главным коридорам. Ни разу он не прошел их насквозь и не набрел больше на комнаты или залы. Совершенно непонятно было, зачем кому-то понадобилось прорубать местную систему ходов. Здесь никогда не велись изыскательные работы, не хранились запасы, в пещерах отсутствовали какие-либо украшения, свидетельствующие о том, что когда-нибудь тут кто-то жил.