Книга Танец с хищником, страница 76 – Колин Ви

В груди радостно щекотало, ладони вспотели от волнения. Боже, как же я скучала по этой вечно недовольной мордочке!

Я прыгнула на него и, к собственному удивлению, обнаружила, что мужчина полуголый. Но разве это повод останавливаться? Обвила руками его шею и прижалась крепко-крепко.

Ожидала, что он тоже соскучился — может, даже сильнее, чем я. Но вместо этого Каэль отодрал меня от своей груди и пригвоздил суровым взглядом.

Я гулко сглотнула, сразу почувствовав: с ним что-то не так. Что-то произошло. Что-то заставило волка закрыться, превратиться в мраморную плиту — идеально холодную и непробиваемую.

— Каэль? — осторожно протянула я, но вырваться из захвата не попыталась.

Хотя предплечья уже болели от его пальцев.

Вот и пригодились все уроки по выживанию рядом с разъярённым оборотнем, временно потерявшим связь с реальностью.

Пустые белые глаза, острые скулы, безразличное лицо — всё это слишком точно повторяло картинки из школьных пособий для людишек. Мужчина продолжал где-то витать и держал меня в сильных тисках.

Я не удержалась и всхлипнула от душевной боли, которая сейчас, как дикий зверь, вгрызлась в сердце.

Такое ощущение, что его отравили или загипнотизировали. Движения были механическими и заторможенными.

Неужели в этом и состоит испытание? Один попадает в плен каких-то видений, а второй должен вытащить его оттуда?

Я гулко сглотнула и решила: если в первые секунды волк меня не разорвал, значит, ещё есть шанс его вернуть. Иначе… Даже думать не хотелось, что становится с теми, кто остаётся в плену видений. Господи, как же это жестоко!

Они ведь оборотни — по определению сильные и быстрые. А если им там ужасы показывают? Если они случайно убивают своего спутника, даже не понимая, что происходит? Представила — и снова сглотнула. Но мой волк был сильнее остальных: он застыл, как статуя, будто не мог сам от меня оттолкнуться.

Я собрала в кулак всю храбрость и всю уверенность в моём волке. И снова позвала:

— Каэль? Ты меня помнишь? — осторожно погладила его по щеке.

Каэль вздрогнул так, будто я ударила его кулаком, а не с любовью коснулась лица.

— Ты!!! — прохрипел мужчина.

И в следующую секунду схватил меня одной рукой за горло, впечатав в каменную стену лабиринта.

Одним неуловимым движением он лишил меня почти всего воздуха. Губы сами собой приоткрылись, но вдохнуть не получилось — воздух так и не попал в лёгкие. Я начала задыхаться. А волк будто сошёл с ума.

Он скривил губы в жёсткой усмешке и приблизился. На секунду дал мне сделать быстрый вдох — и снова сжал горло.

— Сколько ещё будешь надо мной издеваться? — холодно спросил он, мимолётно коснувшись губами моего уха. — Не наелась ещё моей болью?!

Глубоким голосом раненого зверя он бросил эти слова мне прямо в лицо. Он будто боролся с собой, со мной, Со всем миром.

На миг отпустил. Я успела вдохнуть и закашляться, но там, где только что были его сильные пальцы, вдруг оказались твёрдые горячие губы. Волк, как сумасшедший, кусал кожу, зализывал укусы и вдыхал мой запах так жадно, будто не мог надышаться.

Прижал меня своим телом к холодной стене и сходил с ума, медленно затягивая в это безумие и меня. Сейчас уже не оставалось сомнений, что его разум затуманен.

Я знала это.

По тяжело вздымающейся груди. По безумно бьющейся жилке на крепкой шее. По тому, что вместо ехидства или хотя бы крошечной радости от моего появления он хотел меня съесть.