Книга Невеста безумного тирана: Спасти злодея. Книга 1, страница 15 – Валентина Зайцева

Я нахмурилась и тихо, почти про себя, вздохнула.

— Такое место действительно заслуживает того, чтобы сгореть дотла.

— Что ты сказала? — обернулась Беатрис, чьи глаза за вуалью подозрительно сузились.

— Ничего, — кашлянула я. — Просто размышляю о вреде плохой вентиляции.

Мы спустились ещё ниже, туда, где фонари стали светить тусклее, а воздух — тяжелее. Чёрный рынок представлял собой тихий, зловещий ряд лавок, пропитанных запахом вековой пыли и тонкого разложения. Беатрис уверенно завела меня в аптеку, скрытую за тяжелым пологом. Лавочник, на первый взгляд хрупкий и почти женственный юноша, поднял голову, и свет масляной лампы высветил ужасный, рваный шрам на половине его лица — он выглядел как призрак, восставший из неглубокой могилы.

— Что вам нужно, леди? — Его голос был безжизненным, как шелест сухих листьев, а руки продолжали быстро, с сухим стуком пересчитывать костяшки на счётах. Я сделала вид, что не заметила его уродства, хотя внутри всё сжалось: — У вас есть «Пыльца северного мака»?

Счёты резко замерли. Лавочник смерил меня долгим, колючим взглядом.

— Это запрещённый товар. Опасный. Триста золотых. Торг неуместен, я не на базаре.

— Сколько?! — воскликнула Беатрис, едва не выронив остатки груши. — Что это за трава такая драгоценная? Она что, дает бессмертие или хотя бы излечивает от глупости?

Я же облегчённо выдохнула, чувствуя, как гора свалилась с плеч.

— По рукам!

Если это поможет спасти отца и брата от северной ловушки, никаких денег не жалко. Я выгребла все свои сбережения, дрожащими руками сняла фамильные золотые шпильки и браслеты, даже заняла двадцать золотых у ошарашенной Беатрис — и едва наскребла нужную сумму. Проверив покупку, маленький флакон с темной жидкостью, и рецепт, я благодарно улыбнулась подруге.

— Беатрис, ты чудо. Я пришлю слугу завтра утром, чтобы вернуть долг с процентами.

— Брось, — отмахнулась она, поправляя вуаль. — Мы же подруги. К тому же, смотреть, как ты разоряешься ради какой-то вонючей настойки — бесценно.

Тепло разлилось по моему сердцу, заглушая холод подземелья. Как же непривычно и приятно иметь того, на кого можно положиться, а не ждать удара в спину.

— Пойдём обратно, мне здесь становится неуютно.

Я так крепко прижимала к груди драгоценное лекарство, что не заметила тень, бесшумно вынырнувшую из глубокой темноты коридора.

— Ой! — плечо обожгло резкой болью от сильного столкновения. Я вскрикнула, потеряв равновесие, и с ужасом увидела, как выронила сверток с лекарством и драгоценный рецепт на грязный пол.

Беатрис тут же подхватила меня под локоть, гневно сверкнув глазами на виновника.

— Глаза разуй, скотина! Ты чуть не сшиб благородную даму!

Я присела на корточки, лихорадочно пытаясь подобрать лекарство, и подняла голову, чтобы высказать всё, что я думаю о его манерах.

— Всё в порядке, я сама…

Голос сорвался и застрял в горле. Мои глаза расширились. В этот миг сердце словно сжала чья-то ледяная рука, превращая кровь в крошево льда.

Передо мной стоял молодой человек, почти юноша, в чёрном, плотно облегающем дорожном костюме. Верхнюю половину его лица скрывала иссиня-чёрная маска, оставляя открытыми лишь безупречный прямой нос и бледные, пугающе тонкие губы. Он прижимал руку к груди в том месте, где мы столкнулись, и когда он взглянул на меня, его глаза в прорезях маски, холодные, глубокие, полные бездонного безразличия, заставили меня оцепенеть. Это был взгляд хищника, который ещё не решил, голоден он или нет.