Книга Невеста безумного тирана: Спасти злодея. Книга 1, страница 145 – Валентина Зайцева

— Сегодня, когда я оказалась заперта на том складе... — я замолчала, пытаясь подобрать слова, и мой голос невольно стал тише. — Варкас всё подготовил. Он хотел, чтобы нас застали там... в самом постыдном положении. Ты мог бы просто ничего не делать. И прежде чем этот позор выставили бы на всеобщее обозрение, моя репутация была бы уничтожена навсегда.

Я запнулась, чувствуя, как к горлу подкатывает ком. Говорить об этом вслух было невыносимо трудно.

* * *

Каллум Рейн

Я всегда знал, что эта девчонка не так проста, но её проницательность порой жалила острее кинжала. С её умом она не могла не понимать, что значило для меня позволить ей уйти. Изгнанный принц, чьё сердце выжжено жаждой мести, должен был вцепиться в могущество дома Валериусов, как стервятник в свежую плоть. И всё же я поступил иначе. Почему?

— Я должна поблагодарить тебя за то, что ты не позволил мне умереть в бесчестии, — произнесла Элара.

Её голос был тихим, но твёрдым. Когда она произнесла это «умереть», оно прозвучало так легко, будто сорвавшийся с ветки лист, но в моей мёртвой, покрытой пеплом груди вдруг пошли круги по воде. Я считал её дурочкой, но её сердце оказалось чистым, как зеркало, в котором отражалась вся моя гниль.

Я медленно сощурил глаза, чувствуя, как на моих губах расцветает привычная ядовитая улыбка.

— Раз госпожа всё понимает, неужели она думает, что простого «спасибо» будет достаточно?

В моём голосе засквозила жадность — наполовину притворная, наполовину истинная. Зверь, уставший таиться в тени, наконец обнажил клыки, предвкушая добычу. Но Элара даже не вздрогнула. Напротив, её губы изогнулись в мягкой, почти безмятежной линии.

— Тогда чего же ты хочешь, Вейн? — спросила она.

Улыбка застыла на моём лице. Я замолчал, осознав, что она пытается поймать меня на слове, заманить в ловушку собственной алчности. Ответа не было. Я медленно выпрямился, возвращая себе маску ленивого безразличия.

— На самом деле, мне всегда было любопытно... почему госпожа никогда не спрашивает о моём прошлом?

Я — человек, привыкший к бдительности зверя, которого травят псы. Любая неосторожность могла стоить мне головы. Элара замолчала на мгновение, а затем парировала: — Если бы я спросила, ты бы ответил?

Я посмотрел на неё искоса, с полуулыбкой, за которой скрывалась бездна.

— Если я расскажу, это будет означать смерть. Госпожа всё ещё хочет слушать?

— Тогда забудь об этом, — она отступила, не выказав ни капли досады. В этом была вся Элара: она знала, когда нужно остановиться. — Когда захочешь рассказать сам, не будет слишком поздно.

«Этого никогда не случится», — подумал я, пережёвывая эти слова, словно горькую полынь. Чтобы я открыл правду, кто-то из нас — либо я, либо семья Валериусов — должен перестать дышать.

Тяжёлые облака над Остерхольдом разошлись, открывая узкий серп луны. Тишину снова нарушил её голос: — И всё же мне любопытно другое. Сегодня я видела твою истинную силу. Почему же тогда, в «Обители Желаний», ты не смог одолеть тех жалких наёмников?

С её стороны было разумно сомневаться. С моими навыками позволить сломать себе обе ноги казалось невозможным.

— Госпожа подозревает, что я намеренно разыгрывал из себя калеку, чтобы вызвать жалость? — мои губы дрогнули в усмешке.

Она задумалась, а затем покачала головой: — Нет.