Книга Невеста безумного тирана: Спасти злодея. Книга 1, страница 113 – Валентина Зайцева

— Молодой господин Адриан... — прошептал кто-то из темноты.

Я видел всё. Видел, как из тени выросли две фигуры в масках — псы принца Даэна оказались на редкость пунктуальными. Адриан обернулся, его губы разомкнулись, чтобы задать вопрос, который он никогда не закончит. Удар в грудь был профессиональным и жестоким. Август отлетел назад, его глаза расширились от шока, и с тяжёлым всплеском он рухнул в тёмную, бездонную пучину.

— Он сдохнет? — донёсся до меня трусливый шёпот убийцы.

— Держи его за голову, если выплывет, — ответил второй.

Я позволил соколу сорваться с руки. Хлопок мощных крыльев над их головами прозвучал как знамение беды. Наёмники, испугавшись случайного свидетеля, бросились врассыпную, оставив свою жертву на милость воды.

Я медленно вышел на свет. Сокол послушно вернулся на моё предплечье, впиваясь когтями в кожаную наручь.

— Помогите... кха... на помощь... — захлёбывающийся, жалкий крик Адриана вдребезги разбил лунную дорожку на воде.

Я не шелохнулся. Заложив руку за спину, я замер у края павильона, заворожённо наблюдая за тем, как его пальцы впиваются в скользкие стебли лотосов. В моей груди разливалось сладкое, почти болезненное наслаждение. Как же это было красиво.

Смерть Адриана — это не просто устранение соперника. Это искра, которая сожжёт Остерхольд дотла. Старый лис Канцлер никогда не простит Восточному Дворцу гибель своего любимца. Принц-регент и его самый верный слуга вцепятся друг другу в глотки, а мне останется лишь смотреть на пепелище. Смерть в этой воде была лучшим сценарием, который я мог вообразить.

Вода засасывала его жизнь, и рябь на поверхности искажала моё отражение. В этом зеркале я видел не юношу, а истинное чудовище, чьё лицо сияло от восторга перед грядущим хаосом. В тот момент я чувствовал себя богом, вершащим судьбы.

Я уже собирался уходить, наслаждаясь тишиной, которая вот-вот должна была воцариться над прудом, как вдруг...

Воздух застыл. Моё сердце, только что бившееся в такт со смертельной агонией Адриана, пропустило удар. У входа в павильон, бледная, как сама луна, стояла Элара.

Её грудь тяжело вздымалась, а в расширенных от ужаса глазах я увидел своё отражение — безжалостное, торжествующее, лишённое человечности. Весь мир вокруг нас замер. Её молчаливый крик ударил меня сильнее, чем любой клинок. Она видела всё.

Элара Валериус

Серый сокол взмыл в небо, проносясь над прудом, чьи воды застыли мрачной бездной.

— Вейн… — мой голос дрогнул. Ледяное предчувствие, терзавшее меня весь вечер, достигло своего апогея.

Каллум посмотрел на меня. Его лицо было пугающе спокойным, словно отчаянные всплески за его спиной были не предсмертной агонией человека, а шумом прыгающей рыбы. Всплески становились всё реже, пока не превратились в цепочку пузырьков и ленивую рябь. Когда на поверхность всплыл край шёлкового рукава, у меня перехватило дыхание. Адриан не умел плавать!

Не тратя времени на вопросы, я сбросила туфли и, не раздумывая, бросилась в ледяную воду. Брызги разлетелись во все стороны, обжигая холодом.

Каллум медленно повернул голову, наблюдая за тем, как я отчаянно гребу к тонущему Адриану. Спокойствие в его глазах дрогнуло, разбиваясь вдребезги. Для него Адриан Август был лишь помехой — самовлюблённым ничтожеством, скрывающим корысть под маской добродетели. Каллум не мог понять, почему я рискую жизнью ради этого «бесполезного груза», ведь его смерть решала все проблемы империи в один миг.