Книга Няня для крылатого, страница 73 – Алиса Калинина

Смотреть на эти физиономии стало ещё противней, и я решил выйти. Нужно выдохнуть и домыслить.

— Господа, если у вас ко мне все, я вас покину. А вы не стесняйтесь, в подвале посмотрите. Там же обычно прячут пленников. Или кого вы имели в виду, когда оригинально сформулировали «Удержание и укрывательство?»

И только я вышел на улицу, как мои умозаключения опять встали с ног на уши. Противный холодок буквально взъерошил затылок. Если до этого было хоть какое-то представление о происходящем, то сейчас я просто не верил своим глазам. Даже выразить свои эмоции, как делают матросы, не было сил – к дому подъезжал Эркейн! Сердце сделало кульбит. Если он едет только сейчас, значит, Элина с Гардом не с ним. Неужели Зервуд? Но он не знал об Элине? Или уже узнал? Где они?

Эркейн отвлек от терзаний. Соскочив с коня, он кинулся ко мне.

— Прости, Ардан. Прости! Знаю, что подставил тебя. Но меня на выезде из города остановили постовые. Время тревожное. Вот и проверяют всех. А я по привычке, без бумаг. И главное, денег не брали. Пришлось скакать назад за бумагами. Чуть коня не загнал. – Он сокрушенно развел руками и с утрированной преданностью заглянул в глаза.

А у меня было такое мерзкое ощущение, будто я сожрал червяка без всяких приправ. Досмотреть комедию до конца?! Или сейчас врезать ему? Пока я думал, предатель решил, что ему удалось усмирить мои подозрения.

— Жалко Элину. Вроде славная девчушка казалась. А тут на тебе – бесноватая…

Ну если сдал Элину Эркейн, то эта фурия сейчас должна отреагировать на него. Посмотреть на такое стоит. Хотя тревога за Элину накатывала жаром, подпирала к горлу, мешая дышать, думать. Харрот меня дери! Что происходит?!

— Ты подлец! – подскочила разъяренная тетка Элины к Эркейну с намерением вцепиться ему в лицо. – Где она?!

Ее визг с потрохами выдал предателя. Тот попытался сделать вид, что видит ее впервые, но натолкнувшись на мой презрительный взгляд, опустил глаза. Только играющие желваки выдавали его бешенство.

— Уйди. Сама ты бесноватая! – огрызнулся он. – Идите отсюда…, – он не постеснялся использовать лексикон матросов. – Еще б дольше чесались!

Спутник тетки, осознавший, что они попали впросак, крепко взял ее за плечи и они зашагали прочь по направлению к городу. Понимали, что судейские, по их милости вляпавшиеся в неприятность, вряд ли захотят подвозить их . Ничего, прогуляются…

Проводив взглядом парочку, я, наконец, выплеснул свое недоумение.

— И сколько ты думал и дальше меня за нос водить? И зачем, Эркейн? Я тебе что, мало платил? Ты делал, что хотел. Не перетруждался. Чего не хватало? – мне даже не хотелось избить его, словно прикосновение к нему было заразно. Я брезгливо поморщился.

Попавшийся на горячем, он сначала растерялся, а потом вывалил все, что, как оказалось, копилось годами.

— А ты думал, что вытащил меня с помойки, так я за это всю жизнь буду пятки тебе лизать? Благодетель ты мой! – выкрикнул, как выплюнул. Как плюющаяся кобра выбрасывает свой яд. – Ты всегда ко мне относился, как к третьему сорту. Эркейн, отнеси саквояж! Эркейн, забери Линару! Эркейн то, Эркейн се… Я для тебя всегда был быдлом монастырским!

Кажется, он окончательно потерял разум. Глаза налились кровью, на лбу вздулась вена, он покраснел, и мне показалось, что изо рта вот-вот потечет пена.