Книга Гадалка и скептик, страница 26 – Алиса Калинина

* * *

Утро Анны началось с неприятного сюрприза. Настя сказала, что Разумов попросился на консультацию в ближайшее время, и вот сегодня образовалось окошко. Так что Кирилл Владимирович будет в 14.00. Анна, конечно, могла отказаться от приема, так как имела полное право не работать с тем, кто ей неприятен. Вернее не то, что неприятен, скорее она чувствовала скрытую угрозу, как за мягкостью и грацией движений хищников скрывается смертельная опасность. Хотя и не могла это объяснить.

Разумов был достаточно приятен в общении, умел достойно пошутить, а как известно, чувство юмора — это признак интеллекта. Запросы, с которыми он обращался, не требовали от нее никакого напряжения сил. Его интересовали удачность вложения капитала и возможные риски при заключении сделок. Но все же…

Его бритая голова, казалось, кричала на всех углах, что ее владелец по совместительству владелец «заводов, газет, пароходов». Карие глаза под слегка набрякшими веками смотрели пристально, изучающе и самое неприятное — оценивающе. Довершали образ аккуратно оформленная бородка и усы в стиле Федора Бондарчука.

Сегодня Разумов пришел с букетом экзотических роз — белых, с сиреневыми окантовками лепестков.

— Анна Викторовна, у меня сегодня запрос на событие

— Слушаю Вас, Кирилл Владимирович.

— Мне нужно узнать, согласится ли одна прелестная дама сойти со мной в ресторан.

— Давайте посмотрим.

Анна сделала расклад.

— К сожалению, сейчас ничего не получится. Вот смотрите — одна мечевая масть. Тройка — разбитое сердце, восьмерка — Вы в связанном положении, не можете ничего изменить, десятка — можете похоронить эту надежду.

— Очень прискорбно. А бывает, что карты ошибаются?

— Кирилл Владимирович, Вы хоть раз из-за моего прогноза сделали невыгодное вложение или провальную сделку заключили?

Разумов отрицательно покачал головой. Да уж, если Анна Викторовна сказала: «Семерка мечей», то подвох гарантирован. А уж если «Башня», то башня всему. От скольких на первый взгляд выгодных сделок он отказался, поверив Анне, и в результате выяснялось, что там оказывались и фирмы-подставы, и нечестные компаньоны. Кто-то, соблазнившись на привлекательные условия, влетал по-крупному, а ему везло.

Анна, действительно, была его Ангелом-хранителем. К тому же чертовски привлекательной девушкой, чистой, настоящей, абсолютно непохожей на тех, с которым ему приходилось общаться. Все эти бесячие «Мусик!», «Пусик!» доводили его до белого каления. В глазах тех мелькали только баксы, бриллианты, шубы, шопы и всякие… опы. И он был уверен на сто процентов, что случились с ним какая беда, каждая слиняет по-тихому.

Анна не предаст, не бросит. В ней была воля, принципы. А сколько в ней еще загадок! И она была единственной, кто перед ним не заискивал. Его чрезвычайно раздражало, что она не брала лишних денег, так сказать, «чаевых», которые он хотел оставить в благодарность за удачную сделку или предостережение от неудачной. Строго по тарифу. С одной стороны вроде правильно, у человека принципы, а с другой — она расценивала его как обычного клиента, как какую-нибудь тетку, пришедшую погадать на любовника. Его, Кирилла Разумова, опускали на уровень плинтуса. И ничего он с этим поделать не мог. Это не могло не злить.

— Анна Викторовна! Я, наверно, неправильно поступил. Нужно было сразу изложить свою просьбу. Я хотел бы не абстрактную даму пригласить в ресторан, а Вас.