Книга Барыня Друидка 2, страница 8 – Елена Шатилова

Старший артели налюбовался работой деда и начал раздавать приказы. Мой надсмотр здесь не требовался, поэтому поручила Прохору принимать решения в моё отсутствие. А мне нужно на работу. Вот действительно езжу в деревню чуть ли не каждый день.

Когда я выводила Луну и загона, то увидела торопившуюся навстречу женщину, это была птичница.

— Екатерина Фёдоровна, доброе утро! У нас радость, ваши цыплята вылупились!

Я тут же забыла, куда шла, бросила повод от лошади и буквально побежала наперёд женщины в наш курятник.

Когда зашла, то растерялась. Писка неслышно, где мои цыплята? Птичница направилась к одной нахохлившейся курочке и, запустив под неё руку, тут же достала жёлтый пищащий комочек.

— Ух, какой крепенький! — восхитилась женщина.

Я же ничего не замечала, цыплёнок как цыплёнок. Глупо было ждать, чтобы заложенные признаки были сразу видно.

— Когда пух сойдёт? — спросила я, понимая, что нужно дождаться взросления.

— Дней шесть-семь и появятся первые перья, — пояснила птичница.

— Как тебя зовут?

— Фёкла, барыня, — женщина широко улыбнулась, оголяя редкие зубы.

— Значит так, Фёкла, — сказала я, старалась не смотреть на её рот. — Следи за цыплятами и докладывай обо всём, что покажется необычным.

Птичница с готовностью кивнула.

Неделя… я же с ума сойду столько ждать. Успокаивает то, что в любом случае эксперимент удался, птенцы вылупились полноценными. Но я же их заряжала на скорость развития, поэтому жду перьев на день-два раньше.

В деревню ехать перехотелось, появилось настроение поработать на себя. Конечно, нужно успокоить старосту, что я не буду следовать путём Семёна Марковича и нанимать рабочих. Скажу, что приезжал друг семьи и решил сделать подарок мне. А что, вполне достоверно.

Я направилась к себе в амбар, ведь хозяйскую посевную никто не отменял.

Ключник был на месте, где ему ещё быть? Когда я подъехала, вышел встречать.

— Ну наконец-то, барыня пожаловала! Здравия желаю, Екатерина Фёдоровна! — старикашка поклонился в пол, как молодой, в голосе не скрывал сарказма.

— И вам здравия, уважаемый Михаил… не помню, как по батюшке, — сделала вид, что не слышала издёвки.

— Савелич я, но привычней просто по имени.

— Я, Михаил Савельевич, пришла зерно обработать.

— Ох, радость какая, а я думал, по миру пойдём, да у крестьян в следующем годе зерно занимать! — жёлчный дедок продолжал свою песню.

— Я же выпороть могу и не посмотрю, что стар и не крепостной, — я зло улыбнулась, хотя глаза показывали, что мне смешно.

— Ох, хорошо! — неожиданно ключник поднял глаза к небу и шумно вздохнул. — Вы не представляете, Екатерина Фёдоровна, как хорошо, что не крепостной. Не злитесь на меня, я просто надышаться свободой не могу. Да и рад, что наконец-то хозяева в поместье вернулись, да ещё и с Божьим даром!

— О как! А я думала он у меня скотский? — я искренне улыбнулась, неожиданно испытав симпатию к вредному старикашке.

— Скотский он для господ, а для нас Божий! Кто землёй живёт, это понимает. А на вашей земле не давали никому прижиться, надеюсь, с вашим приездом всё изменится. Заживём, Екатерина Фёдоровна!

Он хоть и говорил иносказательно, но я всё понимала. Семён, а до этого его папаша, всех магов выуживал из наших крестьян. Но теперь я этого не позволю!

Наш амбар отличался от крестьянских не только размером, но и тем, что был частично сделан из камня, с учётом того, что сама усадьба деревянная. По сравнению с другими постройками он смотрелся новостроем, что вполне могло быть.