Книга Княжна медвежьего края, страница 6 – Виктория Хорошилова

Мои работы пришлись по душе Рихарду, и он стал заказывать рамы и развешивать картины по замку.

— У тебя талант! — восхищалась мадам Лаира, глядя на очередной рисунок.

Однажды случилось то, что сильно пошатнуло моё доверие к Рихарду.

Я сидела в своей гостиной, рисовала новую картину и беседовала с учителем танцев. Мая вышивала салфетку рядом со мной. Вдруг, без стука, в комнату вошёл полный мужчина. Он гневно посмотрел на нас и быстро вышел. Учитель откланялся и ушёл. А спустя десять минут влетел разъярённый Рихард. Не задав ни единого вопроса, он потащил меня на улицу.

Он не стал слушать меня, не дал сказать ни слова. Мигом связали руки, и меня повесили за них на позорный столб. На мне было домашнее платье — без корсета. Рихард разорвал его на спине.

— За измену вменяю тебе сто ударов плетью. Исполнять будет артефакт — специальная плеть. Наказание прекратится, если ты покаешься или если будет нанесено сто ударов. Покаешься сразу — будет всего десять.

— Я не изменяла тебе!

— Начать, — отчеканил он.

Спину обожгло болью. Но душевная боль была куда сильнее. Он стоял так, чтобы видеть моё лицо — ждал покаяния. Но в чём каяться, если я ничего не сделала?

— Ваша милость! — подлетели учитель танцев и мадам Лаира. — За что вы так с вашей невестой?!

— Следом отправитесь и вы, — прошипел барон. — Я не прощу измены!

— Но она вам не изменяла! Её служанка всегда при ней, особенно когда я захожу. Другие слуги тоже видели, что всё было прилично. Я заходил всего на пять минут — обсудить танец и его историю, чтобы госпожа могла поддержать беседу на балах. Нас видел даже ваш поверенный — он заходил буквально перед тем, как я вышел.

Мая стояла рядом с Лаирой и беззвучно рыдала, глядя на меня.

— Почему промолчала?! — рявкнул Рихард.

Девушка упала на колени:

— Господин, вы были так сердиты, что даже слушать меня не захотели. Я кричала, но меня оттащила стража.

В этот момент плеть остановилась — сотня ударов была завершена.

— Рихард, — начала Лаира, — ты же рассудительный мужчина. Куда подевался твой артефакт правды? Ты всегда им проверял ложь. А сейчас — что это было?

— Господин, она ещё жива. Что прикажете делать? — спросил солдат.

У Рихарда всё похолодело внутри. Впервые он отдал приказ наказать невиновного человека. Он сам отнёс меня в комнату и ухаживал за мной все дни, молясь, чтобы я выжила.

— То, что она выжила — это чудо, — проговорил старый целитель. — Заживление идёт хорошо, но отнимает у госпожи много сил.

Через неделю раны зажили благодаря целителю, но всё это время я была в полубреду. Душа болела сильнее, чем тело — её раны затягиваются не так быстро. Общаться с женихом мне не хотелось. Он вёл себя так, словно ничего не произошло, а я ощущала себя преданной. Я хотела молчать, не разговаривать с ним, но он этого не понимал. Я просто свела наше общение к минимуму — отвечала только на прямые вопросы.

А потом приехали мои родители. Им доложили о случившемся. Я надеялась, что они будут на моей стороне, что хоть немного осудят Рихарда. Но слово взяла мать — и сказала, что я сама виновата. Якобы раз вызвала гнев жениха, значит, было за что наказать. Даже то, что служанка была при мне, как всегда, не сделало меня невиновной.

Я не удержалась — посмотрела на Рихарда. В его взгляде мелькнуло что-то виноватое. Я надеялась, что он извинится. Но нет. Видимо, я многого хочу. Обидно.