Книга Княгиня-служанка. Берегиня рода, страница 83 – Дия Семина

Ух, как она тоскливо и жалостливо начала, но в конце всё равно свой норов показала.

— Так бы и сказала, обман за версту чую, ишь, приболела она. Сначала два слова приврала, потом на большой обман сподвигаешься. А там и места лишиться недолго. Иди, у тебя всего нечего времени осталось, скоро закроем и будешь ночевать внизу. Поди, и про мать наплела, чтобы жалости нагнать. Ну бабы — лживый народец…

Ганна закатила глаза и скривила рот в недовольстве. Не повезло, что сегодня самый вредный охранник дежурит, но идти надо.

— Про матушку у старшей спроси, я не вру никогда! Уже вернулась бы, да спать легла, пока вы здесь рассусоливаете, право слово, дайте пройти, — она как-то слишком резко дёрнулась к двери, и охраннику пришлось посторониться, пропуская вредную бабёнку. — Сейчас вернусь, не запирайте.

Теперь уже не стесняясь приказала: прям не нянька, а командирша. И побежала по каменным ступеням вниз, через широкий переход на рабочую строну, когда-то и сама здесь работала, пока не получила завидное место, а всё благодаря воеводе Уварову. И где он теперь, с крысами пайку делит, несчастный? От этих мыслей сделалось ещё страшнее. Но клятва есть клятва.

Прошла в жилые комнаты работников и тихо позвала свою младшую сестру выйти:

— Веда, выйди, надо поговорить.

— Ганна, поздно уже, нам спозаранку выйти на работы, я уже легла, — недовольно простонала начинающая портниха, но старшая сестра, не стесняясь, вошла в просторную горницу, где живут пять женщин и, сдёрнув одеяло, прошипела. — Дело срочной важности, быстро на выход, переговорим и скорее ляжешь спать, если охранник меня не пустит, приду к тебе и вовсе не выспишься.

— Как так? Всё от тебя покоя нету, — недовольная Веда уже всунула ноги в старые ботинки, на плечи накинула шаль и поёжилась от прохлады.

Не дожидаясь ответа от Ганны, вышла следом за сестрой и прикрыла дверь.

— Ну что опять? У нас и без того работы полно меня не отпустят, если ты опять за своё.

Ганна раздражённо махнула рукой и подала меленький листок со своими каракулями, что недавно старательно выводила на старом листе бумаги.

— Слушай, вот записка, она срочная. Надо отнести в дом князей Волковых. Сейчас они сами тебя не попустят, а завтра после обеда скажись больной и сбегай в город, мол маманю проведать. На словах передай воеводе, что странная девка появилась во дворце ниоткуда. Немая, ни кожи, ни рожи, но она магически одарённая, это точно и магия у неё сильная. Что-то всё сидит и вышивает…

— Да-а-а! Она же с нами работала, как заворожённая становится, стоит ей только иглу в руки взять. Она за день столько вышивает, сколько мы за неделю не сделаем. Из-за неё Фимку сегодня выгнали. Представляешь?

Ганна сосредоточенно посмотрела на сестру, не понимая, о чём речь.

— Как выгнали? Что произошло?

— Да они ходили к вам туда готовое шитьё отнести, и Марья сказала, что Василису сам князь остановил и сказал, что она теперь его всецело. Ну и Фимка решила, что новенькая его рабыня, невольница. И началось. Такой скандал в трапезной поднялся, чтобы эта Василиса от нашего стола перешла за стол рабов и каторжных. Но охранник Фимку-то и выгнал навсегда, даже жетон отобрал, и не оплатили. А потом Василису к вам и забрали, видать по приказу самого князя. Уж народ шепчется, что она та самая ведьма, что княгиню со свету сжила, да на её место наложницей метит. Вот такие дела.