Книга Княгиня-служанка. Берегиня рода, страница 53 – Дия Семина

— Найдём…

Мужчины некоторое время стояли, склонив головы, и каждый думал о своём. Молча вышли с погоста, и также молча разъехались каждый по своим делам.

Князь свернул во дворец, наконец, побеседовать с воеводой Уваровым, до сего момента и вопросов толком не было, а теперь появилось и полно, можно и допрос учинить.

А Григорий с двумя гриднями чином помладше отправился выискивать дом, где живут сёстры-близнецы с тонюсенькими косами и злой мамашей.

* * *

— Заждался я, допроса, князь. Но ежели ты на мне только лишь злобу на жестокую судьбу выместил, то тоже понимаю.

Платон Антипович стоит в центре просторной допросной, и всё ещё с гонором своим не расстался, уж такое с него снисхождение к слабостям княжеским стекает, что утонуть можно.

— Понимаешь? Ладно, я тоже понимаю. Возможно, погорячился, но ты обвинил Софью в преступлении, со слов какого-то пойманного «гонца» со склянкой яда. И где эта склянка, и почему мне о пойманном человеке сразу не сообщили. Но и это уже не столь важно, ты мне лучше скажи, у кого из наших врагов смелости достало мага в город привезти, да такого, что на меня морок навели? Да Софью со свету сжили, не пощадив мать малолетнего наследника.

Уваров ухмыльнулся, опустил голову, словно под ногами на полу есть подсказки верного ответа, что жизнь сбережёт. Выждал некоторое время, собрался с духом и решился:

— Хочешь начистоту, так слушай, княже. Время твоего рода ушло. Всегда испокон веку Волков нами правил. Да, ослаб его род, но восстановился. Теперь у него пять сильных сынов и дочь Лютица. Тебе бы послушать доброго совета, да жениться на ней, стать под крыло тестя сильного воеводой, и уцелел бы. Но ты Лютицу отверг, Волкова в совете задвигаешь в угол, как пустой сундук, и это никому уже не по нраву. Видать, пришло время открыть тебе глаза на правду, кончилось твоё правление. Не жену твою хотели убрать, а тебя. Да она забрала на себя проклятье, спасла твою буйную голову, да не надолго. Так или иначе, слаб ты, и это уже все видят, раз жену не смог защитить. Мой тебе совет, собери всех боярских заседателей, пригласи Всеволода Волкова и пусть он тебе слово своё молвит. Соизволит взять тебя зятем, или уж выгонит в изгнание, зато хоть сына сбережёшь. Да жена упокоится, против магических сил, какие призвал Волков, тебе не устоять.

— Вот, значит, как ты заговорил, я ещё живой, здоров, а ты уже на сторону соперника переметнулся? И не стесняясь его и сдаёшь. Хорош, ты — товарищ!

Воевода снова ухмыльнулся, но вид на себя напустил безразличный, как человек, знающий исход событий и уже ничего не боящийся.

— Убить меня ты не посмеешь, а твоего веку на троне осталось считаные недели. Метка брачная тебя и убьёт! За собой утянет, я тебе совет давал жену отпеть. Ты не решился. Твоей суженой стала Софья, её душа тебя на тот свет утянет, врагам даже делать ничего не нужно. Прости, друг, но с этого момента, каждый сам за себя. Можешь меня хоть в казематы закрыть, но это уже ничего не изменит…

— Да уж, не изменит. Но ты в казематах за предательство даже эти недели просидишь да взвоешь. Вижу, что знал о планах Волкова и молчал. Играл передо мной, как скоморох на Масленичном гулянии, а всё, чтобы правду утаить и тем дать время врагам дела свои тёмные на могиле моей жены сделать.