Книга Княгинины ловы, страница 32 – Татьяна Луковская

— Как мать велит, ей первой обещал, - не удержался с советом Первак.

— Да и с Еленой объясняться уж больно не охота, - не обращая внимания на замечание Первака, как бы сам с собой продолжал рассуждать Димитрий. - Бабьи слезы утирать кому ж по сердцу? Разрыдается или в обморок упадет. Как представлю тот разговор, аж дрожь по коже. Не могу себя пересилить.

Тут Пахомий вдруг весело присвистнул, подмигнул друзьям и, оглянувшись (никто не слышит), тихо зашептал:

— Сделаем так, что все довольны будут.

Князь и Первак подняли на него удивленные глаза.

— Мы вместо тебя, княже, Первака за твоей подружьей отправим. Матери обещание дано, что Димитрий за княгиней поедет, так Первак тоже Димитрий. Улите обещал, что бояр за Еленой отправишь, так Первак - боярин. Комоня своего ему отдашь и увальня этого Жидятку, пусть до Успения прокатиться, жиры свои растрясет.

— Не доброе это, - отрезал князь, сдвинув брови, - матери врать не стану.

— Так и не придется.

Пахомий, схватив князя и Первака за вихры, близко притянул к себе и быстро начал им нашептывать что-то в уши.

Димитрий заметно повеселел, а Первак, наоборот, растерялся.

— Соглашайся, - убеждал Первака Пахомий, - без твоего согласия то творить не будем.

Первак замялся:

— Вышату-то с вами княгиня отправляет, а он все равно упрется, и не даст вам задуманное створить.

— Так он тебе стрый [3], уговори. Что же он братанича своего не послушает?

— Твоя затея, сам и уговаривай.

— Я с ним потолкую, - вмешался князь. Идея Первака ему явно пришлась по душе, - вот только с воями как быть, их ведь тоже всех предупредить надо. И боярыне Добронеге мать приказала с нами за Еленой ехать, с ней-то как?

— К Пересветовне я жену свою подошлю, она уговорит, а воев много брать не станем, по своей земле идем, чего бояться. А уж пятнадцать ратных из малой дружины предупредить да пять холопов, что телегами править станут, так это проще простого.

— Двадцать пять ратных и не меньше, и то я бы пятьдесят взял, места-то больно безлюдные, а княгиню повезем да добра сколько. Как ни странно, Вышата с затеей сразу согласился, но упирался только с количеством воев.

— Да чего бояться, - беспечно махнул рукой Пахомий, - не в степь же едем? Опасен там только Мстислав, до земли его рукой подать, так что же он на родную дщерь нападет?

— Двадцать пять, или не согласен, - отрезал Вышата, давая понять, что спорить с ним бесполезно.

— Ладно, - махнул рукой князь, - будет тебе двадцать пять.

Димитрий вздохнул с облегчением, все вроде сладилось.

1. Плинфа - тонкий, обожженный кирпич.

2. Аркосолий - арка над погребением, ниша для гробницы.

3. Стрый - дядя по отцу.

VII. Желанная.

Девичий Успенский монастырь заметно преобразился за время пребывания в нем молодой княгини. Вокруг обители была возведена новая крепостная стена из прочных дубовых бревен. Посреди двора срублена пятикупольная Успенская церковь, на украшение которой регулярно делали вклады и чернореченские, и залесские князья. Вокруг монастыря быстро разрастался посад. Торговый и ремесленный люд спешил сюда под защиту ратников, приставленных охранять княгиню. Для воев рядом с обителью срубили небольшой детинец [1]. Торговлю вели с залесскими по Утице, омывающей монастырскую городню с севера, оттуда же шел основной поток паломников, чтобы поклониться животворящей иконе Успения Пресвятой Богородицы, находящейся в алтаре главного монастырского собора. Обитель больше была связана с северными соседями, нежели с весями [2] Чернореченскими, отделенными от нее лесами и болотами.