Книга Поезд в страшную сказку, страница 85 – Татьяна Луковская

— А зачем, если я все уже узнал из других уст, — ничуть не смутился ее вопросу Потехин.

— Из других уст? — эхом за ним повторила Варя.

Из других уст, это из чьих? Кто мог знать о ее жизни подробности? Кому она охотно рассказывала о своих родных?

— Евгения Ивановна! — прошибло страшной догадкой. — Ваша тетка, она знала эту Ирочку.

— С чего вы решили, что моя тетка могла знать эту девицу? — сухо спросил Потехин.

— Она была у нас, эта Ирина, я думала, что она компаньонка Амалии Потаповны, но та сказала, что ее знать не знает, — зачастила Варя, боясь потерять ниточку рассуждений, — значит Ирина — это знакомая Евгении Ивановны, я просто ошиблась. Они могли обо мне говорить, хозяйка многое про меня знала, и где я живу, улицу, но не знала номера дома. Все сходится! — Варя вскочила и снова заметалась по комнате. — Почтальон, когда принес мне то приглашение на собеседование в гостиницу, знал улицу, но не знал точный адрес, он еще ворчал по этому поводу. Она им все выложила, а потом ее убили как ненужную свидетельницу.

— Варвара Тихоновна, вы успокойтесь, присядьте, — тихонько потянул ее Потехин за рукав. — Я тоже кое-что не могу понять — вы что, эту Ирину-Зину видели раньше?

— Выходит видела, — выдохнула Варя.

— И не узнали при новой встрече? — Потехин сузил глаза.

— Нет, она была совсем другой… стала, как вам объяснить, моложе и голос выше, и эти белила, локоны. Та такая строгая, чопорная, а эта жизнерадостная, легкая. Настоящая актриса.

— Ну, теперь мы хотя бы знаем ее профессию, — усмехнулся Потехин.

— Вы теперь не будете мне помогать, — совсем тихо проговорила Варя.

— Почему?

Их глаза встретились, отчего на щеках у оробевшей барышни выступил румянец.

— Из-за меня погибла ваша тетка. И я, возможно… дочь вашего врага. Я пойму, если вы…

— Тетка, судя по всему, погибла из-за своей жадности, — перебил ее Потехин и тут же замолчал, словно не мог решиться продолжить дальше.

— Вы думаете, она замешана? — догадалась Варя.

— Незадолго до смерти тетка неожиданно прислала ко мне на вокзал Захара с одной вещицей. Вещица так, мелочь, я ей когда-то дарил, первые мной найденные камни, отблагодарить хотел, — слова выходили из него нехотя, Варя уже поняла, что говорить о себе он не любил. — И вот она вернула мне мой подарок, мол, стыдится моего бедственного положения, но больше дать нечего, и на словах велела передать — скоро расплатится со всеми долгами, тогда заживем. Помириться предлагала. А я был зол, мириться не захотел, потом ее не стало. Ну, как получилось.

«Так это тетка вернула ему серьги. Он не убивал старуху, он ни при чем! Он ведь думает, что я про серьги ничего не знаю, зачем ему врать. День определенно счастливый. Просто замечательный. А Евгения Ивановна, судя по всему, меня продала этой банде. И уволила со скандальной рекомендацией не просто так, а чтобы я новое место не смогла найти и у меня выбора не осталось принять приглашение в Вельтск. Все предусмотрела, кроме того, что ее саму уберут как ненужного свидетеля. Уберут!» Горло сжало так, что стало трудно дышать.

— Лева, они же теперь должны убрать моих, — расширенными от ужаса глазами посмотрела она на Потехина. — Они убьют деда и тетушку, так же как Евгению Ивановну, они же чудовища! А если уже убили?