Книга Возврату не подлежит, страница 21 – Таша Алферьева

Засмеяться киборг не засмеялся, однако рефлекторно подтянул ноги к животу.

— Что ты делаешь?

— Вот только не говори, что тебя ни разу не щекотали.

— Почему не говорить? — озадачился рыжий.

— Тебя ни разу не щекотали?! Кайл, сколько тебе лет?

Киборг задумался, словно проверяя внутренние архивы.

— Физически мне двадцать семь, — наконец выдал он, — фактически с момента создания — три года. Щекотка, насколько мне известно, не входила в протоколы взаимодействия с предыдущими владельцами.

— Вот это упущение, — иронично хмыкнула я. — Такая важная функция, а ты без апдейта. Ну ничего, сейчас твоя прошивка получит новое приложение…

Как выяснилось, киборги подвержены щекотке ничуть не меньше, чем люди. По крайней мере до тех пор, пока не сообразят заблокировать чувствительность нервных окончаний в нужных местах. Ещё один жирный плюсик в их человечность.

Сама не знаю, чего я добивалась: подружиться с киборгом или облегчить себе довольно-таки стрессовую ситуацию. Конечно, впереди ещё предстоит серьёзный и тяжёлый разговор, но что мешает прямо сейчас получать удовольствие просто от того, что рядом есть кто-то живой и, надо признать, весьма привлекательный. Я так устала от одиночества…

* * *

Не сговариваясь, мы отложили дальнейшее выяснение отношений на потом. Кайл приготовил завтрак, я наметила список работ, и мы дружной командой принялись за обслуживание ЗК-7. А когда закончили, я показала киборгу расположенную на четвёртом уровне бывшую оранжерею.

Это было просторное, пустое помещение с высоким потолком. Вдоль стен размещались стеллажи с УФ-лампами, ныне безмолвными и пыльными. В полу — желоба для гидропоники. А ещё здесь были огромные окна, за которыми простиралась бескрайняя белизна, лишь на горизонте угадывались синие тени гор. Кайл встал рядом, молча всматриваясь в мёрзлый пейзаж.

— Место для прогулок в зимнее время, — объявила я и со вздохом добавила: — А когда-то здесь выращивали клубнику. Я пробовала восстановить, но у меня не взошёл даже укроп, а ягодная рассада сдохла ещё по дороге на Криос-4. Поэтому я тут просто гуляю.

— А летом?

— Летом можно выйти наружу. Когда я приехала, в районе маяка было всего лишь минус двадцать пять. Жара. Воздух, правда, немного разряжен, но вполне пригоден для дыхания.

— Тебе здесь нравится?

— Ну… — я задумчиво почесала кончик носа и покосилась на киборга: ему действительно интересно или он выполняет одну из пользовательских программ под названием «Задушевный разговор». — Не самое худшее место на свете. Я попала сюда по распределению после окончания «Космодемии». Поначалу было страшно, когда привыкла — скучно. Хотя, вру, скучать ЗК-7 не даёт. Сам видел. А ещё есть «Кошмарик».

Рыжий окинул меня оценивающим взглядом:

— Ты слишком слабая для этой работы.

— У меня есть экзоскелет, — с важным видом напомнила я.

— И всё равно, нерационально ставить на сложный объект такого ненадёжного работника.

— Это как посмотреть. Возможно, моё начальство мечтает избавиться от данного объекта и в тайне надеется, что я не справлюсь и он самоуничтожится, облегчив задачу по его списанию, что обычно чревато кучей бюрократических заморочек.

Взгляд Кайла стал каким-то чересчур напряжённым и пристальным. Мне захотелось отступить от собеседника прочь на несколько шагов.