Книга Я закрою все твои долги, страница 20 – Катерина Ворон

Я села на кровати и поняла, что уже приняла решение. Больше не думая, я вышла в коридор. Сердце колотилось так сильно, что казалось, его слышно во всём отеле. Я подошла к его двери и подняла руку. Потом опустила. Потом снова подняла.

Я постучала — тихо, почти неслышно.

Никто не ответил.

Я уже собиралась уходить, думая, что он спит или что это знак, что не нужно было приходить, как вдруг дверь открылась.

Он стоял на пороге. В одних пижамных штанах, босиком, с растрёпанными волосами. Его глаза расширились, когда он увидел меня.

— Я собирался пойти стучать к тебе, — сказал он хрипло.

Мы смотрели друг на друга.

Секунду.

Другую.

Третью.

А потом я сделала шаг, и он сделал шаг ко мне, и наши губы встретились.

Не так, как у подъезда. Между нами не осталось никакой нежности, нас заполнила жажда насладиться друг другом, будто мы оба ждали этого весь вечер и не смели признаться. Его руки обхватили мою талию, мои пальцы запутались в его волосах, и он задвинул меня в комнату, закрывая дверь ногой, не отрываясь от моих губ. Его язык скользнул вперёд переплетаясь с моим, отчего я издала едва слышный стон.

Мы целовались посреди тёмной комнаты. Я чувствовала, как его сердце бьётся в унисон с моим. Он пах гелем для душа и этот запах был прекрасен.

Он отстранился первым, тяжело дыша, и посмотрел мне в глаза.

— Ты уверена?

— Уверена.

Он улыбнулся и снова поцеловал меня, уже мягче, обещая, что этот вечер будет только нашим.

Я не успеваю моргнуть, как мужчина толкает меня на кровать. Моя спина ударяется о матрас, и он уже сверху. Мой халат летит на пол, а его губы врезаются в мои так, что у меня перехватывает дыхание. Он утратил вскую осторожность, будто желание наполняло его тело так долго, что терпеть уже было невыносимо и только лишь моё тело держало его в равновесии.

Руки мужчины были везде — на моей груди, на моих бёдрах, на моих запястьях, которые он прижимает к кровати над головой, чтобы я не двигалась. — Твои губы со вкусом клубники сводят с ума, — его голос был хриплым и я вздрогнула от удовольствия.

Сердце колотилось где-то в горле, и я чувствовала, как между ног всё становится влажным от одного его голоса. Он смотрел на меня сверху вниз, и в его глазах нет ничего щенячьего — только голодный, дикий блеск.

Он наклонился и укусил мою шею, а затем медленно провёл языком. Затем спустился губами к моей груди, обхватил сосок влажным, горячим ртом и сжал. Я выгнулась, пытаясь освободить руки, но он держал их крепко, не давая ни миллиметра свободы. Его другая рука скользнула между моих ног, пальцы вошли внутрь без предупреждения и я застонала.

— Ты такая мокрая уже — в его голосе звучит удовлетворение. — Хорошая девочка.

Он убирает руку с моей груди, толкая два пальца в меня. Я уже не кричала, а выла, вцепившись свободными руками в простыни, потому что если я вцеплюсь в него, то сделаю больно. А он, кажется, этого и ждёт.

— Царапай, — разрешает он, и я впиваюсь ногтями в его спину, оставляя красные полосы. — Я хочу твоих прикосновений.

— Подожди, — хриплю я, потому что больше не могу терпеть.

— Что? — он замедляется на секунду, глядя мне в глаза. — Чего ты хочешь?

— Тебя.

Этого достаточно. Он убирает пальцы, затем раздевается, показывая все свои мышцы передо мной, отчего я лишь сильнее вжимаюсь в кровать. Это тело явно видело спортзал каждый день. Мужчина бы слишком красив, словно сошёл с обложки журнала. Он улыбнулся, увидев сколько удовольствия мне доставляет смотреть на него, а затем взял меня за руку и положил её на свой рельефный пресс. Господи, какой же он твёрдый. Не думала, что мне когда-нибудь удастся потрогать что-то столь сексуальное. Я провела по его мышцам, затем приподнялась на локтях и поцеловала его в шею, грудь, живот, отчего он издал звук похожий на рычание и вновь навис сверху. Я почувствовала, как он вошёл в меня полностью, одним толчком. У меня перехватило дыхание, и я запрокинула голову назад.