Книга Инквизиtor, страница 136 – Елизавета Домина

— Почти закончил, складывай, скоро пойдём к дому, ― отряхнул ладони.

— Я вот всё спросить тебя хочу, ты, когда эти бусины, ― Егерь показал пальцем на браслет друга, ― меня в клинику привезти попросил. Я даже подумать не мог, что ты браслет себе сплетёшь.

— А это, да так, бусинки. Ничего особенного.

— Мирон, хватит уже! Расскажи, полегчает. Душу излить ‒ оно иногда важней лекарств.

Сел на покрывало, распределяя собранные травы по сортам, начал тихо:

— Егор, ты, любил когда-нибудь?

— Не знаю, сложно сказать… ― собеседник понимал, что ответив «да», он не даст возможности выговориться.

— Я сам никогда не думал об этом, как о чём-то важном. Жил в сером цвете после войны, думал всё уже, так оно и должно быть. А потом она и яркие краски рядом. ― Мирон коснулся бусин на браслете. ― Но я её потерял навсегда.

— Уверен, что навсегда? ― Егор был рад тому, что друг решился на разговор.

— Да. Сначала это больно, потом наступает внутри пустота. И веришь вроде, что вернутся краски, только они с запахом её волос слились. Без неё не получается. Вокруг даже в ясный день ‒ пасмурно. Воспоминания дают проблеск, но ненадолго. И чем дольше её нет рядом, тем меньше остаётся веры, что когда-нибудь твоя жизнь перестанет напоминать чёрно-белое кино.

— Мирон, ты драматизируешь! Она же не умерла? ― собеседник искал возможность зажечь искру надежды.

— Нет, наверно. Я не знаю. И эта неизвестность постепенно сгрызает изнутри.

— Так давай узнаем, запросы отправим! Найдём твою эту палитру и если надо, привезём. ― Егор решительно встал, собирая разложенные Мироном кучки соцветий в одну. ― Осень, друг! У всех цвет дождя сейчас. Будет зима ‒ другой цвет. А весной, так вообще заиграет жизнь красками. Пошли к Макару, мангал пора разжигать. Пётр в гости сегодня приедет, ты же помнишь?

— Помню, ― встал, связав покрывало в узел, взвалил себе за плечо. ― Идём. Спасибо, что выслушал.

— Нашел, за что благодарить! ― Егерь, довольный тем, что узнал причину печали друга, стукнул его игриво в бок.

— Ты чего? ― Мирон посмотрел сурово, с бородой он смотрелся угрожающе. Снял с плеча ношу, стукнув Егора в ответ. ― Лену свою чего не привёз?

— Улетела она с дочерью знакомиться! ― выхватив ношу, ответил Егор, ― давай я понесу.

— Рад, что вы нашли общий язык с Петром.

* * *

Сочные куски мяса на шампурах покрылись румяной корочкой. Жир, подтаивая от жара, стекал на угли, вызывая ярость огня. Мирон обдавал водой полыхающие островки углей. Прокручивая шампуры так, чтобы куски прожаривались равномерно. По окрестностям разносился аромат предстоящей трапезы. Берта преданно выжидала момента, когда Макар отвернётся, её угостят ещё сочным куском свежего мяса.

— Берта, не попрошайничай! ― крикнул знахарь собаке, выставляя на стол, расположенный во дворе, тарелку со свежими овощами и зеленью.

За забором с громкой музыкой остановилась машина. Егерь открыл ворота, встречая гостя. Апостол вошёл, размахивая увесистым пакетом с гремящим внутри содержимым. Поставил на стол, обнял Егора, подошёл к Мирону, протягивая руку в знак примирения.

— Прости, так было надо! ― заключил в объятья, похлопав по спине.

— Здравия желаю! ― Мирон беззлобно посмотрел в глаза бывшему начальнику.

— И тебе не болеть, боец! Бороду отрастил? Ничего, в отдел вернёшься, мигом сбреешь.