Книга Дневник Домины, страница 3 – Елизавета Домина

Одна из моих знакомых домин как-то сказала мне, что не берет новичков, в связи с тем что не хочет нести ответственность за «билет в один конец», который человек приобретает, погружаясь в тему.

У меня другой подход. Вводная сессия всегда должна быть в ключе, когда человек имеет право выбора. Идти дальше или понять, что его желание «попробовать БДСМ» есть не что иное, как следование пиар-компании, в которой пытаются навязать, что БДСМ понравится всем.

Это можно понять и в процессе предварительного собеседования. Таких, любопытствующих праздно от скуки, видно сразу.

БДСМ – это область реализации скрытых желаний и фантазий, которые рождаются у личности!!! Не попытка повторить увиденное в кино. С целью испытать столько же удовольствия, сколько пытаются показать актеры для продажи сюжета своей франшизы. Сексуальная ролевая игра с реализацией нетрадиционных желаний. В ней уровень развития верхнего партнера не характеризуется отсутствием табу.

Мои табу вполне человечны.

Кровь, грязь, увечья, зоо-, педо-, копро-, гомофилии, темы инцеста. Возраст нижнего – до 30 лет. (В связи с гормональными аспектами физиологии).

Никогда не рассматривала табу как ограничители, скорее, как фундаментальные рамки тематической этики, комфортные мне.

Так я могу понимать схожесть интересов с партнером. Если кому-то покажется, что все это весьма лайтовые забавы… Я не указывала в табу пси-садизм.

К этому мы вернемся немного позже.

Как и к спорному вопросу существования его в принципе.

Человек, приходящий в тему, для себя находит близкие для него практики, которые помогают раскрыться и отпустить себя.

Задача верхнего партнера – не просто помочь определиться с приоритетами новичку, но безопасно провести по пути познания нового, наблюдать, насколько правильный выбрал путь нижний.

Что есть правильный путь в БДСМ… Да и как уложить определение правильности в то, что считается кардинальным отклонением от социальной нормы.

Обычно предпочитают пояснить, что если есть в фантазиях подобные интересы, то их надо лечить, исправлять, не касаться этого. Но все это приводит к тому, что человек бессознательно увеличивает степень значимости девиаций, и, чем больше он думает о том, что это его слабость, тем прочней плотина самоконтроля.

А ведь это потенциал, который дан для развития, на выстраивание этой дамбы уходят ресурсы, внимание, сдерживающие факторы.

Скрытые фантазии ловко уводят фокусировку в зону сексуальных запретов. И вместо того, чтобы свободно жить, отпустив эти зажимы, человек живет в страхе, что где-то в глубине его сознания есть мечта, для него она в долгом удержании кажется постыдной и значимой.

Порой эта мечта – стать на колени перед женщиной, оказаться во власти более взрослой, быть соблазненным ей. Отдать на какой-то промежуток времени право выбора ей, что делать с ним, как с сексуальной игрушкой, и понять, чего же на самом деле хочет женщина. Чего же она хочет в тот момент, когда ей полноценно дают насладиться мужчиной. Парадокс в том, что для меня показатель качественности сессии – это счастливые глаза мужчины и улыбка легкости в конце процесса. Без этой отдачи видимости результата приложенных усилий я ощущаю некую незавершенность, словно меня обделили.

Трюк не в том, что должны бурно струиться оргазмы и громкие стоны удовольствий. Это скорее эгоистичное тихое наполнение некой удовлетворенностью пользы процесса.