Книга Жаркий фермер. Битва за хозяйство, страница 35 – Елизавета Домина

— И что, тебе не обидно, что и Толик твой там побывал?

— Заканчивай, с этим сама разберусь. Тебе чего завернуть, вижу, пакетом стоишь шелестишь.

Анна собирала продукты, продумывая план, как Люську проучить.

Утро Людмилы началось с долгожданного события: Манька окролилась. Катя оповестила Люсю сразу после пробуждения, после чего они вместе с Толиком и Саньком наведались к крольчихе.

— И что теперь делать с ней? ― Людмила взволнованно заглядывала через прутья клетки.

— Документы собери, надо им родословную через мэрию оформить. У тебя же староста друг теперь, вот с ним и поедете оформлять. Кто отец знаешь? Где его бумаги? ― Анатолий сосредоточенно посмотрел на подругу детства.

— Не знаю, но я у тёти Тони спрошу сегодня. Всё сделаем как надо.

— Люсь, кому ты веришь? Толь, она же реально сейчас родословную им до пятого колена соберёт. ― Саня толкнул плечом друга.

— Эх, такую историю взял и на корню зарубил. ― Анатолий достал из пачки сигарету, покрутил её в пальцах, вставив себе за ухо. ― Люсь, ты не трогай их, вода и корм следи чтобы были. Мне с тобой поговорить надо.

Толик сел на лавку под яблоню, закурил.

— Случилось что? ― Людмила села рядом.

— Аня мне в сообщении написала, что ты с фермером домой ночью вернулась. Ты не пойми меня неправильно, но сплетни по деревне пойдут, тебе это надо?

— Быстро они, сплетни эти, распространяются. ― Людмила на мгновение замолчала, пытаясь подобрать слова. ― Я к вам с Саней отношусь очень хорошо и не хочу ссориться. Если бы мне об этом сказал кто-то посторонний, я бы продолжать разговор не стала. Взрослая уже. Но тут другое. ― Она понимала, что для неё важно завершить стройку до возвращения тёти.

— Ты правильно сказала, взрослая, сама разберёшься. Просто имей в виду, фермер для многих жителей деревни, как символ надежды. А для молодых незамужних он ‒ мечта. Теперь представь, сплетни эти начнут доходить до тех, кто столько времени его в женихи рассматривал, а он отвергал их внимание. Ты получишь столько зависти и злобы, что разгребать придётся долго. Уверенна, что оно того стоит?

— Толь, я здесь ненадолго, на мою жизнь это никак не повлияет. ― Людмила понимала, что вынуждена деликатно обойти острые углы в этой ситуации.

— На твою ‒ нет, а на тётю Тоню? Ты сейчас в омут страсти с головой, а ей потом каково будет?

— Я не знаю, что тебе ответить на всё это. Я не планировала с ним в омут страсти, мы просто попили кофе.

— Да, но почему ты тогда вышла из машины ночью в нижнем белье?

— В купальнике я была, ― Люся разгневалась. ― Вчера на речке у меня украл кто-то сарафан и полотенце. Пошёл дождь, и я домой возвращалась в купальнике. Он ехал мимо и предложил подвезти. Мы попили кофе и вернулись.

— Люсь, я не буду всей деревне рассказывать твою версию, чтобы обелить репутацию подруги детства. Они уже пустили свои слухи, их не переубедить. Постарайся не давать больше повода.

— Меня интересует другое: источник этих сплетен. ― Людмила посмотрела на соседский дом. ― Там кто живёт?

— Ты не в том направлении думаешь. Дело твоё, Саньке я твою версию выложу, если до Лены дойдёт. А то она Катю к тебе пускать перестанет, чтобы потом дочке жизнь не испортить.

— Толь, мы сейчас о чём?

— Это не столица! Тут каждый варится в своём скучном мирке, им любая новость в радость. А уж найти цель позубоскалить, так это за здрасьте. ― Толик затушил бычок о пустую консервную банку. ― Не отец я тебе, жизни учить, просто хочу уберечь.