Книга Убийства и кексики, страница 78 – Питер Боланд

— Почему вы не открывали? – возмутился Корзинщик, морщась от боли. С момента падения диккенсовский стиль был забыт, а его место занял родной эссекский говор. – Мне же больно!

— Мы не знали, что это вы, – ответила Сью. – Думали, вдруг бродяга какой.

— Мы испугались, – добавила Фиона. – Вы что тут делаете?

— Это я виновата, – призналась Дэйзи. – Пыталась дозвониться вам, узнать, все ли в порядке, но никак не получалось. Я забеспокоилась, так что позвонила Тревору и попросила проведать вас. Я не хотела приезжать, чтобы… – Дэйзи замолчала, осознав, что и так сказала слишком много.

— Мы весь вечер были в доме, – возразила Неравнодушная Сью. – Телефон не звонил.

— Разве что пару минут говорили с моим племянником, – напомнила Фиона. – В какое время ты звонила?

— Около восьми.

— Тогда еще с нами была детектив Финчер.

— Мы бы все равно услышали телефон. Ты точно звонила? – уточнила Фиона.

— Точно, – подтвердила Дэйзи. – Может, я набрала не тот номер? Хотя вы же знаете, как у меня дела с техникой.

Фиона не могла с этим согласиться. Из них троих Дэйзи в технике разбиралась лучше остальных.

— А потом ты еще пробовала звонить?

Дэйзи покачала головой:

— Нет, я же была за рулем. Ехала сюда.

— Попробуй снова набрать кому-нибудь из нас, – предложила Сью. – Проверим, работает ли твой телефон?

По очереди Дэйзи позвонила на мобильные Фионы и Сью, потом на городской. Все три телефона работали прекрасно и звенели громко.

— Прошу прощения, что прерываю ваши телефонные дискуссии, – подал голос Корзинщик, к которому отчасти вернулись его драматичные манеры. – Но я все еще лежу здесь, на земной тверди. Может, кто-то из вас троих помог бы мне? Если вам не очень сложно.

— А мы точно можем его двигать? – уточнила Неравнодушная Сью.

— Думаю, правило ничего не трогать касается только трупов, – заметила Фиона.

— Или несчастных случаев с мотоциклистами, – добавила Дэйзи. – Мне говорили, шлемы снимать нельзя.

— Вы что-нибудь себе сломали? – спросила Фиона. – Звонить в скорую?

— Нет и нет, – ответил Корзинщик. – Я поскользнулся на чем-то мерзком и хрустнувшем.

— Это печенья со вкусом ванильного крема, – пробормотала Сью.

— Что это, черт возьми, такое? И почему они везде валялись?

— Мы их случайно уронили, – поспешно откликнулась Фиона. – Когда заносили покупки.

Она не знала, как много Дэйзи успела рассказать Корзинщику об их нынешнем затруднительном положении, но надеялась, что ничего. Ей не хотелось бы проговориться, что они рассыпали старые печенья специально, готовясь к приходу всяких убийц с кучей домино в карманах. Даже если Дэйзи ему рассказала, Фиона сомневалась, что Корзинщик поверит в такую дикую историю.

— Мы собирались убрать их, но совсем вылетело из головы, – добавила Сью.

Корзинщик, все еще лежа на земле, вытянул шею:

— Похоже, Саймон Ле Бон справился с этим за вас.

Услышав свое имя, песик, облизываясь и помахивая хвостом, засеменил к ним с крайне довольным выражением на мордочке и поднятыми торчком ушками.

— Как так вышло, что вы поскользнулись на ванильном креме? – спросила Дэйзи.

— На печеньях со вкусом ванильного крема, – поправила ее Сью.

— Может, одно раскололось и начинка размазалась, – предположила Дэйзи.

— Я думала, что начинка липкая, а не скользкая, – заметила Фиона.