Книга Убийства и кексики, страница 27 – Питер Боланд

Неравнодушная Сью не могла сдержать эмоций:

— Йен Ричард! Именно его упомянул сержант Томас!

— Да, я знаю, – подтвердила Фиона. – Но почему оно было нацарапано на фишке домино?

— Думаешь, это имя убийцы? – спросила Дэйзи.

Фиона прошла к кассе и пробила несуществующую продажу.

— Что ты делаешь? – не поняла Сью.

— Мы обменяли книгу на информацию. Это было пожертвование, и мы должны возместить сумму.

Дэйзи поднялась на ноги:

— Это справедливо. Идем, Сью.

Неравнодушная Сью неохотно поднялась и присоединилась к ним у кассы, раздраженно фыркнув:

— Нам всего несколько глав оставалось.

— По фунту с каждой, – постановила Фиона, и все бросили по монетке в соответствующий отсек, а потом вернулись на свои места.

У Дэйзи задрожала нижняя губа:

— Бедная Сара. Заколота в спину… Кто мог такое сотворить?

— Думаю, нам всем не помешает чашечка чая, – Фиона прошла к кладовке и поставила чайник. – Знаю, рановато, но у нас еще остался кекс со вчерашнего дня. Кто-нибудь хочет?

В воздух взметнулись две руки. Это утро было одно из тех, когда только чай с кусочком кекса и мог помочь.

Взгляд Неравнодушной Сью вдруг стал отчаянно-решительным:

— Нам нужно найти этого Йена Ричарда и задать ему перцу! – Она вонзила зубы в мягкий кусочек кекса, словно показывая, что бы она сделала с убийцей.

Дэйзи отхлебнула свой чай.

— Думаете, это он убийца?

— Наверняка, – с набитым ртом отозвалась Сью. – Кто ж еще? Классика, жертва знала убийцу. Сама впустила его. И, умирая, оставила нам подсказку. Даже больше – назвала имя.

Фиона откашлялась:

— Тут есть парочка нестыковок. Хотите сказать, что после того, как ей нанесли удар ножом в спину, у Сары остались силы схватить домино, а потом выцарапывать на нем имя, вместо того чтобы написать его на бумаге?

— Может, больше под рукой ничего не было.

— А как насчет телефона? – добавила Дэйзи. – Если она смогла взять домино, то могла бы и номер набрать. Зачем царапать имя, когда можно позвонить в полицию или скорую?

Неравнодушная Сью нахмурилась.

— Вы правы, тут прокол. Ей требовалось что-то острое, вроде булавки.

— Или транспортира.

Фиона и Сью озадаченно взглянули на нее, и Дэйзи попыталась пояснить:

— Ну, знаете, тот, которым рисуют круги?

— То есть циркуль.

— Я думала, это транспортир…

— Транспортиром измеряют углы, – объяснила Фиона.

— А, это тот, который выглядит как пластиковое солнышко на восходе?

Ее коллеги кивнули.

— Они мне нравятся, – улыбнулась Дэйзи. – Всегда их в школе путала. – Как можно было спутать что-то металлическое, острое и вытянутое с чем-то плоским, полукруглым и гладким, оставалось загадкой, таившейся в непостижимых глубинах сознания Дэйзи.

— Так или иначе, – продолжила Фиона, – Саре пришлось найти силы нацарапать имя на домино, каким угодно инструментом.

— Вместо того чтобы позвать на помощь, – подтвердила Неравнодушная Сью. – Бессмыслица какая-то.

— Определенно.

Но Дэйзи с ними не согласилась:

— Я не уверена. Мы не знаем, что происходило в доме до того, как ее убили. Скажем, Сара затеяла уборку. Она любила поддерживать чистоту в доме. И курьер это подтвердил: сказал, все было чисто, только остался запах жаркого. Представьте, что она подметала пол, под диваном или еще где-то я всегда нахожу под мебелью кучу всего. И вот она находит потерянную фишку домино и булавку, может, еще что-нибудь. Она из поколения, привыкшего экономить, так что ничего не выкидывает, а кладет в карман. Тут как раз приезжает убийца, этот Йен Ричард, и совершает свое чудовищное преступление. Бедная Сара умирает на полу и не может пошевелиться.