Книга Убийства и кексики, страница 106 – Питер Боланд

— Улики все равно косвенные, – указала Фиона. – Оставим выводы полиции.

Неравнодушная Сью выглянула в окно:

— Помяни черта.

У магазина через дорогу остановилось такси. Из него вышла Софи, все в том же плаще и с перекошенным от гнева лицом, как клокочущая лава. Вместо того, чтобы зайти в свой магазин, она стремительно перешла дорогу, направляясь к ним. Дверь хлобыстнула с такой силой, что колокольчик наверху чуть не вырвало из креплений.

Саймон Ле Бон испуганно заскулил.

— Как вы посмели! – прорычала Софи. – Вы это спланировали, да?

— Спланировали что? – спросила Фиона.

— Вы знали о моем торжественном открытии, на которое я вас так любезно пригласила, но слишком завидовали, да? И нужно было обязательно испортить этот день! Поэтому вы решили устроить диверсию, сговорившись с этой женщиной-детективом!

— Ее зовут детектив-инспектор Финчер, – напомнила ей Неравнодушная Сью.

— Мне плевать, как ее зовут. Вы специально испортили мне праздник! Сочинили какую-то небылицу о том, будто я украла какое-то домино в Уэстборне, чтобы приехала полиция. О да, я видела записи! Готова спорить, это кто-то из вас в плаще притворялся мной!

— Ничего подобного мы не делали.

— Да перестаньте, очевидно же, что это не я! Кто же из вас это был, а? Кто подставил меня!

— Тебя арестовали? – спросила Дэйзи.

— Нет, допросили. Все спрашивали, не знаю ли я этих мертвых людей, снова и снова, и где я была в тот или иной день. И кофе был отвратительный, еще хуже, чем тот, что предлагаете вы. Не понимаю, как вы могли так со мной поступить! – почти мгновенно выражение лица Софи сменилось с гнева на мелодраматичную грусть. Глаза наполнились слезами. – Я же всегда была с вами добра. Думала, мы друзья. Как вы могли сотворить такое? Со мной, невинной прекрасной женщиной, которая поклялась никому не вредить, которая может так много дать миру, и чье единственное преступление в том, что она хочет сделать жизнь людей лучше!

Но до того, как Дэйзи, Сью и Фиону стошнило от этой приторности, Софи переключилась обратно на гнев. Слезы волшебным образом исчезли, испарившись от огня в глазах.

— Что ж, позвольте вам сообщить, вызов брошен. Вы об этом пожалеете. Есть такая статья за ложный вызов. А также дискредитацию, клевету, необоснованный арест…

— Тебя не арестовали, – напомнила Фиона.

— Не суть важно. В ту же секунду, как я выйду отсюда, я позвоню своему адвокату – вот о чем вам стоит беспокоиться.

— Не думаю, – возразила Фиона.

— А я очень даже думаю.

Фиона насмешливо фыркнула:

— А я вот нет. Мы не знали о видеозаписи, пока Морин из благотворительного магазина «Остановим мировой голод» нам не позвонила. Это она нас нашла. Мы же просто передали улики полиции, где тоже решили, что это ты – как и мы. И это они решили действовать, а не мы. Ты можешь знать о маркетинге и пиаре все и дружить со всеми знаменитостями, но мы разбираемся в преступлениях. И если ты утверждаешь, будто на записи был кто-то переодетый из нас, в таком случае у тебя должны быть веские доказательства. Иначе это квалифицируется как ложное обвинение. За это наказание тоже есть, закон называется «препятствие правосудию».

— Приблизительный приговор от четырех до тридцати шести месяцев, – добавила Неравнодушная Сью. – Или иногда внушительный штраф.