Книга Убийства и кексики, страница 100 – Питер Боланд

Дэйзи жила одна с тех пор, как рассталась с мужем, о котором чем меньше говорить, тем лучше. Когда ее прихотливая и требующая внимания дочь покинула гнездышко и вышла замуж, больше ничего не отвлекало Дэйзи от размышлений, какой ужасный он человек. Так что они расстались год спустя после отъезда дочери. Дэйзи удалось оставить себе дом – благодаря Неравнодушной Сью, которая, нарушив свои правила, помогла оплатить лучшего адвоката по разводам из своих значительных сбережений.

— Я как раз собиралась идти на работу, – Дэйзи отказалась от своего нового образа детектива Теннисон. Деловой костюм уступил место обычному розовому платью в пол, а волосы превратились в привычные кудряшки.

— Мы едем не на работу, – сообщила ей Фиона, – а в Уэстборн.

— Обожаю Уэстборн! – восторженно воскликнула Дэйзи. – Там есть чудесные чайные!

Уэстборн был примерно как Саутборн и обладал тем же мягким викторианским очарованием, разве что чуточку пафоснее. Он известен тем, что неподалеку жил Джон Рональд Руэл Толкин^[51], а также Роберт Льюис Стивенсон – в подходящем готическом особняке^[52]. Также Уэстборн мог похвастаться до смешного большим количеством уютных чайных магазинчиков, легко обгоняя Саутборн, который вообще-то и сам ими славился. В Уэстборне также располагался супермаркет Marks & Spencer, которого в Саутборне не было. Если жители Саутборна хотели воспользоваться карточками «Спаркс» со скидками и предложениями, они ехали пару километров в соседний Крайстчерч, где также был супермаркет «Уэйтроуз», которого не было в Уэстборне. Так что были свои плюсы и минусы.

— Мы туда едем не чай пить, – сказала Сью, – а забрать улики.

— Улики? – Дэйзи высунулась в проем между водительским и пассажирским сиденьями. – Расскажите!

Фиона повернулась к ней:

— Помнишь, мы обзванивали благотворительные магазины узнать, не покупал ли кто набор домино?

Дэйзи активно закивала.

— Так вот, мне сегодня утром позвонили из одного, называется «Остановим мировой голод», из Уэстборна. Его управляющая, Морин, сказала, у нее есть для нас кое-что.

— Они знают, кто купил домино?

— Это мы и едем выяснить.

— О, погодите, а кто же сейчас присматривает за нашим магазинчиком? – забеспокоилась Дэйзи.

— Никто, – ответила Фиона. – Я подумала, нам всем нужно поехать.

Полчаса спустя Неравнодушная Сью в сотый раз объехала односторонние улицы Уэстборна и наконец нашла парковку. Выйдя, они направились к магазинам, и Дэйзи чуть ли не подпрыгивала, как восторженный щенок.

— А мы можем пройти через галерею? Обожаю ее!

— Почему бы нет, – согласилась Фиона.

Они не спеша прошли через викторианскую торговую галерею, которая выглядела так, будто сошла со страниц сказки: сводчатый стеклянный потолок, украшенный изящной ковкой, причудливые эксцентричные магазинчики с белыми створчатыми окошками и висящими снаружи вывесками. Соблазн походить и порассматривать витрины был невыносим, но они удержались – кроме Дэйзи, которую пришлось оттаскивать от одной из многочисленных сувенирных лавочек, где продавались резные фигурки собак и рамки для фотографий из плавника.

Магазин, который они искали, находился прямо напротив входа в галерею.

— Отличное место, – заметила Сью.

Сначала Фиона, а потом и остальные зашли в элитный благотворительный магазин, который с легкостью задал бы жару «Кошачьему альянсу». Однако, в отличие от управляющих «Альянса», здешним менеджерам не удалось избавиться от затхлости старых вещей. Саймон Ле Бон все обнюхивал, но никак не мог привыкнуть ко всем новым интересным запахам.